Поиск по сайту:
Акции
Опрос
Время проведенное нашим клиентом в очереди не более 6 минут. Вы согласны с этим утверждением?
Да
Нет

Новости

Акция 29.03.2021 09:13

Мы даже поспорили, будет в РФ сегодня какой-нибудь воинский праздник или обойдется так.  Выиграл райтер и потом обходил всех, обирая деньги и каждый раз учтиво склоняя голову:

— Мерси. Мерси. Въ слѣдующiй разъ обязательно повезетъ. Мерси.

Нужно было, черт возьми, догадаться, что в РФ такая пропасть разных воинских родов, которая не оставляет ни одного дня без громыхания военных оркестров, просто громыхания, парадных инспекций и вечной водки. В сущности, любая профессия тут имеет своего зеленого двойника. Врачу, например, соответствует военный врач, лечащий военные болезни.

 

Особенный лекарь необходим не потому, что на свете действительно существовали бы какие-то особенные военные болезни, хотя они, конечно, и существуют, а в основном потому, что организмы военнослужащих сильно отличаются друг от дружки в зависимости от воинского звания и должности. Скажем, организмы рядового солдата и сержанта почти совсем не различимы и требуют для своего здоровья только холодной воды, зеленки и, в особо запутанных случаях, клизмы, а вот организм младшего офицера, будучи еще в военном училище обильно смазан зеленкой и почти не расстающийся с клизмой, уже нуждается в таблетке за номером один «От живота» и таблетке номер два «От головы». Устройство старшего офицера усложнено наличием головогруди и различных членов с латинскими названиями, а потому тут уже необходимо знание фармакологических названий таблетки номер один и номер два. Генералы же настолько сложны, что предпочитают лечиться в гражданских клиниках. Вообще, в генералах всегда угадывается что-то бабье.

 

А вот военный повар нужен не только затем, что рядовой солдат, поевши офицерской пищи, впадает в мечтательность, а следовательно, должен быть надежно огражден, но и затем, что он и вправду владеет секретом приготовления военной еды. Наш пекарь однажды засмотрелась на что-то и случайно слепила военный пирожок. Съесть его не удавалось до тех пор, пока завхоз не догадался сделать это, употребив Устав пирожковой службы. После этого пирожок немедленно занял свое место в завхозовом чреве и тут же прислал рапорт. Потом внутри у завхоза начались попеременно маневры и парады, сопровождавшиеся бодрыми залпами, и мы были вынуждены услать его домой, чтобы он не превращал наше мирное гражданское заведение в поле брани. Пекарю было сделано внушение. Для этого из местного цирка был выписан факир-гипнотизер, который приехал в чалме и едва не довел ее до слез. Производил руками пассы и орал: «Ты что, совсем одурела, что ли?». В общем, исполнял все то, что и наш незабвенный директор, пока не был отнят от нас и не принялся орать где-то в других местах.

 

Военный священник ходит в сапогах и словам «служба» и «пост» придает несколько другое значение. Если наш домашний Лимпопов смиренно говорит: «Мы ведь как в армии», то военный говорит прямо: «Ровняйсь. Смирно». Мы, кстати, не один раз приступали к отцу Василию с вопросом, с чего он, в конце концов, взял, что в церкви все должно быть устроено как в казарме. Ссылались на святое Евангелие: мол, «не ктому васъ глаголю рабы, яко рабъ не вѣсть, что творитъ господь его, васъ же рекохъ други» и «но иже аще хощетъ въ васъ вящшiй быти, да будетъ вамъ слуга», но в ответ получили подозрение в сугубом протестантизме, которое удостоверяло, что замазать глаза церковно-славянским не удалось, а потом и вовсе уж:

— Евангелие оставьте теперь.

Вслед за этим мы, конечно же, почувствовали себя Исааком Сирином, возгордились, потом осознали это и возскорбели. Словом сказать, прошли через целую череду разнообразных духовных канителей и совершенно расшатали себе нервы, и это все при том, что отец Василий даже ничего такого не заметил, но продолжал сидеть перед нами прямой и честный, будто бы только что проглотил кочергу с горчицей. Становилось совершенно очевидно, что перед нами святой человек по фамилии Лимпопов, а нам гореть в аду.

 

Военные балерины в основном крутятся волчками в защитного цвета пачках. По правде говоря, мы их ни разу не видели, но убеждены в их существовании, потому что раз уж военные бухгалтеры пользуются несомненным бытием, то, стало быть, и военные балерины где-нибудь обязательно скачут и ножкой ножку бьют. Может быть, что они содержатся под спудом в каких-то таинственных военных местах и в случае крайней опасности выпускаются на волю, немедленно приступая к огорчению противника и увеселению союзника. А может, что маскируются под другие рода войск. Мы однажды видели группу очень изможденных военных, которые вполне могли бы оказаться бойцами балериновых войск.

 

В Рф имеются даже военные безработные. Отчаянные ребята. На них вся надежда, как говорят. От партикулярных безработных они отличаются тем, что просят поставить печать на направлении с биржи труда, потому что работать, по понятным причинам, не могут. Все-таки, как ни крути, а они военные безработные и, кроме того, на них вся надежда. Так говорят люди, а людям, как известно, виднее.

 

А сегодня именинники военные юристы. С гражданскими собратьями их роднит только то, что как те, так и другие понимают закон только в смысле способа обоснования начальственных предписаний. В случае же, если это невозможно, то пользуются народными поговорками, сквернословиями, шушуканьями и подмигиваньями. Некоторые достигают в этом такой виртуозности, что даже там, где малодушный довольствуется законом, переходят на пантомиму и сквернословят с полным самоотвержением. И еще и те, и другие изнуряют себя водкой в любое время года. В прочем же они совсем другие, почти как украинцы. Во-первых, бедны и, как показывают последние астраханские события, когда настает черед давить автомобилями государственных чиновников, то начинают именно с них. Во-вторых, как и положено военным, храбры до отчаянности и все свободное время отдают выращиванию усов. Иные же и в служебное время не оставляют этого дела.

В судах военные и гражданские юристы меж собой не состязаются. В этом нет смысла, потому что чуть что — военный юрист выкатывает пушку и палит, в чем заключается та самая знаменитая военная хитрость, от которой у гражданских лиц приключается бледность и от которой нет никакого спасения.

Но особенные неприятности военные юристы доставляют противнику, засыпая его скучными письмами. «На ваш номер от такого-то такого отвечаем», — пишет совершенно ошалевший супостат.

— Да что же это? Давайте уже по ним жахнем! А? Жахнем!

Жахнуть, однако же, никогда еще не получилось. Доказательством тому служат сами военные юристы, которые, в случае неблагоприятного исхода кампании, ходят по развалинам целы и невредимы, приобретают почетное пленение и докучают потом из него победителям мелкими кляузами или же уезжают куда-нибудь в Аргентину и сплетничают.

Ну и, конечно же, медали, чуть не забыли. Там, где гражданскому юристу жмут руку и говорят: «Ловко же ты, сволочь» и суют конвертец, там военному дают медаль.

Поздравим их сегодня и пожелаем не запутаться в крючках и прочем юридическом.

В акционных блюдах сегодня вместо соли использован порох, чтобы сделать приятное военным юристам, поэтому, если вы их съедите, соблазнившись дешевизной, то не курите какое-то время и не ходите мимо открытого огня.

Акция: суп гороховый 17 рублей, котлета по-домашнему 59 рублей и пюре картофельное 30 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300.

IMG__20160307__083421.jpg IMG__20160314__100018.jpgimg__20160331__101111.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 22.03.2021 09:14

Сразу хотим сказать, что сегодняшний день марксиста мы не благословляем и упоминаем о нем только постольку, поскольку большинство наших потенциальных клиентов по всему миру исповедует это верование и хотело бы, наверное, услышать что-нибудь ободряющее в свой адрес. Что же, часик в радость, что ли, сахар в сладость, или как там говорится.

Дискуссия о том, как следует этот праздник отмечать, еще не окончена, поэтому мы на всякий случай советуем находиться подальше от больших скоплений чего бы то ни было и вообще держать ухо востро. Вопросы, касающиеся собственности, и всякий день вопиют к отмщению, но сегодня желательно прислушаться к сугубо охранительной части народной мудрости. Особенно придутся к месту такие максимы, как «Подальше положишь, поближе возьмешь», «Береги нос в большой мороз», «Была кучка, стал ворошок», а также «Берегись козла спереди, а лошади сзади», что означает: не эпатируйте скотину зазря, но располагайте ее таким образом, чтобы лошадь была где-то спереди, желательно вне поля зрения, а козел, если он каким-то образом завелся в хозяйстве, — сзади, потому что если уж нашим предкам была очевидна польза такого устроения, то и нам не следует этим манкировать.

Лучше всего вообще пересидеть это время в каком-нибудь тихом месте, где найдутся семейные обывательские развлечения. Очень хорошо помогают стейк с печеными перцами и мелким картофелем, спаржа, домашний разносол, свежевыпеченный хлеб, немного коровьего масла, смешанного с зеленью и малым количеством чеснока, какой-нибудь сыр, желательно местных сортов, и истекающий слезами графинчик водки. Надлежит усесться поудобнее, расставить блюда таким образом, чтобы каждое из них можно было бы удобно настичь, и, Богу помолившись, начинать неторопливо, но вместе с тем и решительно орудовать. Разговоры следует вести самые близкие к теме съестных припасов. Например, какой прожарки стейк предпочитал Генрих осьмый, или какова на вкус та деревенская нотка, какую приобретает хлеб на зрелом тесте, или же о несомненных преимуществах вологодского масла перед финляндским, в случае если вам угодно уклоняться в славянофильство, или, наконец, о том, что погружению маленького кусочка масла в сваренное в мешочек яйцо должно сопутствовать введение в него же русской горчицы на кончике ножа. В конце концов, даже самые забубенные политические змии обязаны согласиться, что воспоминание русской горчицы и вологодского масла в таких обстоятельствах достаточно политизирует беседу, а спор о том, русская ли должна быть горчица или французская, вологодское масло или финское, неминуемо исчерпывает всю воинственность. Избегать следует упоминания шпагоглотателей, уринотерапии, пророка Ионы и разнообразных аншлюсов, несмотря на кажущийся гастрономический контекст.

В связи с этим наши читатели часто спрашивают, стоит ли распространять анафему Идиота Полифемовича на, как кажется, скомпрометированных им рябчиков и ананасы. Предваряя все домыслы и споры, отвечаем просто и честно: не стоит. Идиот Полифемович — налево, рябчики и ананасы — направо. Идиота Полифемовича вместе с козлищем — взад, рябчиков и ананасов — вперед. Туда, где они могут радовать взгляд и волновать людей, склонных к предвидению, предчувствием скорого соприкосновения. А когда речь заходит о возможности вкусно позакусить, все человечество делается нервным и чувствительным, как Мишель Нострадамус или бабка Ванга. Право же, нужно быть уже совсем пропащим марксистом с уязвленным чревом, чтобы в такие минуты помышлять о мытарствах гаитян или о таящейся внутри рябчика прибавочной стоимости.

Братии, впрочем, из всего этого арсенала, пока подойдет только «Богу помолившись», ибо все нам позволительно, но не все полезно. Это, к сожалению, может плохо сказаться на общем умонастроении, потому что процент марксистов между братией, пожалуй, даже больший, чем между «Черными пантерами». И хотя число самой братии невелико, но если б знали вы, как может ожесточиться сердце постящегося марксиста, то внедрились бы в церковную организацию и постарались бы изменить постовой устав вплоть до полного его упразднения. Мы, собственно, так и сделали, но успеха пока не имеем. Даже уже утратили представление о той границе, где кончается революционер-подрывник и начинается затюканный мирянин, желающий разрешитися и со Христом быти.

Поэтому акцию сегодня мы посвящаем Дню водных ресурсов и в особенности глупому и несчастному Балтийскому морю, которого день тоже сегодня и которого за общим шумом никто никогда не поздравляет. Генеральная Ассамблея ООН утверждает, что вода полезная и надобна не только для питья, но и для умывания, а также для экономического, социального и человеческого развития. Больше она никуда не годится, но уже за это ею стоит пользоваться и вообще плескаться, нырять и прочее. Именно воде мы обязаны изобретением плавательных костюмов, которые так идут хорошеньким женщинам, прогулочных катеров, аквапарков, парадных морских кителей, рыбной гастрономии и многого другого, что примиряет нас с земною юдолью.

В честь этого дня, а также в знак нашей лояльности ООН, все акционные блюда сегодня изготовлены при помощи воды.

Также спешим поздравить Астрводоканал. Не отключайте нас, о великие, мы заплатим. Иначе у нас настанет экономическая, социальная и человеческая деградация, а потом мы утратим человеческий облик, запрыгаем по деревьям и будет всем стыдно. Спросют, где райтер, а вон он по ветвям скачет, зззаррраза.

Акция: борщ 34 рубля и плов 30 рублей за 100 грамм. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300.  

P. S. Мы, конечно, провели расследование и выяснили, что никакого «Дня марксиста» не существует. А мы, главное дело, уже всем поздравления порассылали. Василия Ивановича растревожили. Он и так-то был о нас не слишком высокого мнения, а теперь и вовсе только «идиотами» называет.

— Что это? — совали мы понедельничный текст под нос райтеру. – А? А? А?

— Да что же это такое! Ну, текстъ ко дню марксиста. Что?

— Какого еще марксиста? С чего ты это взял вообще?

— Завхозъ сказалъ. Вотъ, сказалъ, день марксиста.

— Ага! — взвились мы, пытаясь допрыгнуть и укусить завхоза в лоб.

— Да чего вы? Господи, спаси ны! — испуганно закричал завхоз, пытаясь увернуться.

— Ты чего тут наплел? — проклацали мы зубами.

— Вот, сказал, день таксиста.

— Ага! — развернулись мы к райтеру. — Таксиста!

— Да вотъ вамъ крестъ, онъ сказалъ «марксиста». Провалиться мнѣ на этомъ мѣстѣ.

— Ага! — прыгнули мы к завхозу…

В общем, оказалось, что мы весьма легковерны, но при этом энергичны, поэтому вели расследование довольно долго. Очевидцы утверждают, что мы и до сих пор прыгаем от райтера к завхозу: Ага!...

На самом деле, конечно, нет. Мы уже давно упрыгали в сторону, сказав райтеру на прощанье:

— В водоканал надо ехать и умаляться там до зела, а не писульки свои писать, зззаррраза.

Поэтому предлагаем всем тем, кому не нравится день марксиста, мысленно менять его на таксиста. Мы пробовали, вроде бы получается не хуже. Сахар в радость, часик в сладость, или как там?

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg img__20160331__101354.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 15.03.2021 10:51

«Въ мiрѣ празднуется день защиты отъ потребителей и бѣльковъ. Нѣкоторые думаютъ, что это случайное совпаденiе, но это не такъ. Всѣ эти ягоды одного поля. Всѣ наглые, двуличные и коварные гады. Особенно бѣльки. Эти ихъ мордочки, глазки, носики. Если потребители, ограбляя прохожихъ, еще цѣломудренно прикрываютъ лица старыми газетами и прочимъ маскировочнымъ матерiаломъ, то бѣльки уже и этого не дѣлаютъ. Наглые. Очаровываютъ, а потомъ снимаютъ шубы и рѣжутъ кошельки. Кромѣ того, они всѣ на одно лицо. Совершенно невозможно разобрать, гдѣ одинъ бѣлекъ, тотъ который этотъ, а гдѣ совершенно другой, тотъ, который тотъ. Къ тому же откуда-то сбоку все время норовитъ прицѣпиться и вовсе ужъ, который не тотъ. Намъ бы и нужды не было, если бы потребитель, что, впрочемъ, вполнѣ касается и бѣльковъ, послѣ потребленiя лежалъ бы гдѣ-нибудь въ холодкѣ и тихонько переваривалъ, но онъ, въ припадкѣ своего постояннаго бѣшенства, кидается объявлять войны, скандалить, сочинять популярную музыку, творить современное искусство, или же какъ-то иначе заявлять о своемъ злонравiи. Особенно досаждаетъ ихъ необъяснимая любовь къ философiи или же, если быть точнѣе, то философiофилия. Этотъ недугъ поражалъ и совершенно лысыхъ, какъ Фуко, и чрезвычайно волосатыхъ, какъ Мраксъ, то есть никакая парикмахерская, которая такъ часто бываетъ кстати и иногда представляется рѣшенiемъ всѣхъ проблемъ, тутъ не помогаетъ. Все равно, въ результатѣ получается, что надобно убить всѣхъ человѣковъ. Есть, однако же, и такие, которые готовы убивать человѣковъ безъ всякой философiи, а просто повинуясь своей природѣ.

Защищаться отъ нихъ слѣдуетъ всѣми силами, ни въ коемъ случаѣ не экономя. Лучше всего наносить превентивные удары. Въ случаѣ съ бѣльками, хорошо зарекомендовала себя деревянная дубинка. Есть свѣдѣнiя, что и на потребителя она дѣйствуетъ такъ же умиротворяюще. Нужно только дождаться, когда онъ отвлечется на потребленiе, задвигавъ челюстями и помахивая головой, и тогда уже не мѣшкать, но производить удары сверху внизъ и изъ стороны въ сторону, стараясь попасть по наиболѣе чувствительнымъ мѣстамъ, приговаривая при этомъ «вотъ тебѣ, вотъ тебѣ». По народному повѣрью, тому, кто отмутузитъ сегодня потребителя, простится сорокъ грѣховъ. Или болѣе, или менѣе».

У нас, честно говоря, волосы дыбом встали, когда мы прочитали эту записочку. Спешим заявить, что мы совершенно не согласны с тем, что в ней написано. И чего он так на бельков-то взъелся? Мы считаем бельков полезными и даже сами очень хотели бы иметь тапочки из их ценного меха. А уж потребители, с их ценными деньгами, и вовсе, нуждаются в забалтывании и всяческом потакании. Самое их название не оставляет сомнений в том, что они чужды всякого непотребства. Дубинку же следует применять только в том случае, когда потребитель потребил товар, но при этом мешкает расстаться с деньгами, или же требует вернуть деньги, или стоит в темном переулке и манкирует своими прямыми потребительскими обязанностями.

Более того, мы ведь и сами отчасти являемся потребителями и писали в антимонопольный комитет запрос по поводу Неназываемого. Нам довольно дружелюбно ответили, что дубинка уже занесена над нашей головой, и если мы немедленно не начнем отбывать свои потребительские повинности, то есть попросту выкладывать денежки, то недалек тот час, когда оная дубинка придет в соприкосновение с нашей головой и соприкосновение это будет великое. Мы легко в это поверили, потому что те, которые с жалобами в антимонопольный комитет выходили на улицу, те соприкоснулись. Коротко говоря, судя по всему этому, наши рассуждения следует признать правильными, а райтерские лучше и вовсе не признавать.

И завхоз, если уж на то пошло, тоже подтвердил нашу правоту. Мы сидели на стульчике и читали газету про жизнь животных, когда он склонился над нами и спросил:

- Что пишут?

- Вот, пишут, что котов не следует побивать. Пишут, что это плохо.

- Конечно же плохо. Их нужно забалтывать.

- Что? Как?

- Очень просто. Забалтывать в ведерке. У меня бабушка всегда так делала и ни разу не пожалела.

Нам тут подсказывают, что сегодня день защиты не от потребителей и бельков, а наоборот защиты их самых. Но тут-то мы уж очень сильно сомневаемся, и антимонопольный комитет с нами полностью согласен.

А братию поздравляем с началом Поста. Пусть он принесет духовную радость, а не обычное желание убивать человеков, поэтому на наше акционное меню постарайтесь даже не смотреть. Вот оно. Зажмурьтесь.

Акция: суп гороховый 19 рублей, бефстроганов из печени 55 рублей и рис на гарнир за 30 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300.  

whatsapp_image_2019-12-02_at_095615.jpg IMG__20151115__101702.jpgbefstroganov_iz_pecheni.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 08.03.2021 09:56

Ожидать сегодня от читателей вменяемого состояния не приходится. Если раньше, когда страну постигало восьмое марта, православная братия уже успевала надуться, со всех сторон заговеться и, изготовившись к чтению длинных текстов, посрамлять вместе с нами привычку поздравлять в этот день тех, которые, проявив нечеловеческую изворотливость, сумели родиться в женском виде, а в другой раз, когда братия, заблаговременно омыв грехи в крещенских водах, смиряла плоти масляным блином, с нами были злющие в ожидании праздника мартопоклонники и даже нас самих удивляли трезвостью и даром видения грехов чужих, то сегодня календарь будто бы решил посмеяться над всеми нами и объединил обе даты в одну.

Православные матушки тут же обнаружили вкус к тюльпанам, а все вообще приступили к блинам с маниакальной поволокой на глазах.

Сегодня даже название французского блина crepe, принято выводить из слова «скрепа», и рассуждать о его безблагодатности, таким образом, становится неудобно. Более того, уже слышны рассказы о том, как Клара Цеткин, между кражами кларнетов, изготовляла блин и пропагандировала его между теми мазуриками, в среде которых обращалась.

Одним словом, сегодня нас будут читать наиболее оголтелые читатели, которым все божья роса, и поэтому мы сегодня лучше расскажем про то, как райтер скакал на лошади. Всем известно, что он боится крупных животных и за столами Вальгаллы, вместе с его героическими казачьими предками, ему не сидеть. Однажды, когда странный человек рассказал нам, что некоторый узбек привез в Астрахань карабаирскую лошадь, райтеру, мало того, что единственному из всех послышалось вместо «карабаирской» каннибалистская, но семя этой ошибки упало на такую благодатную почву, что даяху плод убо сто. Он немедленно сообщил всем, что на улицах города теперь небезопасно, разослал посудомоек стеречь столовские рубежи и особенно уговаривал нас не ходить на базар, потому что мнил в нем средоточие узбеков, а где узбеки, там рыскает и страшная каннибалистическая лошадь.

— Заклинаю васъ, — шипел он, тыча пальцем в потолок. — Эта адская скотина разорветъ васъ въ два счета. Если ужъ непремѣнно нужно идти на базаръ, то пошлите замѣсто себя кого-нибудь дерзновеннаго и безполезнаго. Завхоза. Его сложно прокусить. Пока проклятое животное будетъ пытаться это сдѣлать, онъ успѣетъ совершить необходимыя покупки и вернется назадъ пуще прежняго.

А потом еще он чуть не довел до слез двух десятилетних девочек, объясняя им, что единорог — это чудовище и ничего милого в себе не обнаруживает:

— Въ концѣ концовъ, онъ еще и ткнетъ рогомъ въ глазъ, потому что рога произрастаютъ не для красоты, а для достиженiя глазовыколуповательныхъ цѣлей! Вотъ такъ.

Это было особенно удивительно, потому что до сих пор он во всем с ними соглашался и даже более того: они обыкновенно просто брали его за нос и водили куда им вздумается. Именно находясь под их влиянием, он насыпал директору соли в чай и подложил на стул подушку-пердушку.

И вот этот-то самый человек скакал на лошади более километра по-индейски. Это было давно, когда райтер работал в армии солдатом. Работа была скучная, а ненавистные чувства к лошадям еще только зарождались в его душе, выстраиваясь более на теоретическом песце, чем на твердом камени практики. Работа заключалась в основном в том, чтобы изобретать возможности поспать в совсем не совместных, на первый взгляд, с этой задачей условиях, а также в том, чтобы показывать себя во всей красе на постоянных построениях. С первой задачей райтер справлялся почти виртуозно, так что никогда не был прославлен. На этом поприще, понятное дело, прославление лишь свидетельствовало о немощности, истинный же подвиг соделывался в тайной клети души, а если и открывался, то только для очевидцев из среды таких же подвижников, которые порой свидетельствовали чудо, но при этом хранили благоговейное молчание. Что же касается до построений, тут райтеру не везло. Вечно оказывалось, что он или опоздал, или пришел не ко времени, или не к месту, а иногда и всё разом. Кстати же нужно сказать, что жалование за все эти кульбиты предлагалось копеечное, и райтер, конечно, непременно уволился бы, если бы не обнаружил, что его удерживали там силой.

В той же самой армии состояла неция старая подслеповатая кобыла. В молодости она мечтала служить по кавалерии, однако медицинская комиссия пришла к выводу, что, в общем и целом, для кавалерии она слишком кривонога, лохмата и блохаста, а учитывая, что никакой кавалерии уже давно и в помине нет, определила ее в самый что ни на есть кадрированный полк и поручила возить пищевые отходы из кухни в свинарник. То есть на кухне кобыла получала бачок отходов, потом уныло брела до свинарника, тыкаясь по углам и строя глупые рожи, там представлялась главному свинарю в звании рядового, а после паслась, вздыхала и грезила о лихих атаках на вражеские обозы и артиллерию.

Райтер часто гостил у главного свинаря, которому приносил какой-нибудь деликатес, последние новости из высших сфер, а взамен получал возможность сколько угодно валяться на военном матрасе, лечить поросят и кататься натуральным сыром в масле. Кроме этого, главный свинарь дарил райтера дружеским участием, ничуть не стесняясь своим высоким положением в вооруженных силах.

И вот однажды райтеру спросонья показалось, что он слышит ангельские голоса: «Восстани, восстани, что спиши, что спиши, душа нечестива, почто нерадиши!».

— Чего? — беспомощно хлопал глазами райтер.

— И будут грехами тебя истязати, и нечего будет тебе отвечати!

— Чего?!

— Проснись ты, блин горелый! — орал главный свинарь. — Построение через минуту!

— Да какъ же это, Царица Небесная?!

— Садись на лошадь и скачи!

— Да какъ же это, Царица Небесная?!

— Тебе уже обещали: еще раз опоздаешь — и тут же отправишься на гарнизонную гауптвахту! — прогремел главный свинарь и, подняв райтера с матраса, перекинул его через лошадиную спину.

Райтер, в свою очередь, кое-как воссел и вцепился руками в блохастую гриву. Лошадь стояла как вкопанная и покуда еще не понимала, что ей выпал шанс показать свои кавалерийские способности.

— Нуженъ стимулъ, — в панике пропищал райтер, имея в виду палочку с привязанной морковкой.

— Ща я ее пришпорю, — отозвался главный свинарь и схватил доску, валявшуюся на земле, из которой, как позже выяснилось, торчал острый и неумолимый гвоздик.

Когда этот гвоздик прикоснулся к крупу, кобыла ясно осознала, что настал ее звездный час. Первым делом она сунула копытом в грудь своего непосредственного начальника и поскакала. Райтер выглядел и чувствовал себя цирковой мартышкой из какой-нибудь трагической новеллы из жизни животных, где все заканчивается всеобщей смертью. С шумом и цоканьем он ворвался в пространство между строем и капитаном Шилиным, кобыла немного притормозила, дав всем несколько насладиться ее выправкой, райтер довольно внятно сказал: «Здравiя желаю», потом кобыла навалила кучу и увлекла своего седока в сторону кухни. Капитан Шилин, будучи сугубо пехотным командиром, впервые видел кавалерийские экзерсисы и малость опешил. Он лишь приложил руку к козырьку и проводил чудесного всадника взглядом.

Возле кухни кобыла наконец остановилась, щелкнула перед райтерским лицом ужасными желтыми зубами, развернулась и хлестнула его хвостом.

Провожать его на гарнизонную гауптвахту пришел главный свинарь с синяком в виде подковы на груди.

Вот каким образом райтер скакал на лошади. Надеемся, что этой поучительной историей мы каким-то образом сумели поздравить братию, женщин, работников планетариев, таджикских матерей и корректоров.

— Да чего тамъ «планетарiевъ», — ответил на наши сомнения райтер. — Подобныя исторiи годятся для поздравленiя кого угодно. Будь вы адвокатомъ, пилотомъ, тамплиеромъ, поваромъ, художникомъ, китайцемъ или женщиной.

Акция: суп-лапша 17 рублей и куриная грудка  с овощами 71 рубль. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300.

PS "Сто раз уже говорили мы вам, что никакие мы не узбеки", сообщили нам в телеграмме узбеки с базара.

sup_lapsha.jpgwhatsapp_image_2021-03-08_at_100934.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 01.03.2021 09:59

Когда мы сегодня задумали рассылать поздравления с праздниками, райтер вдруг вышел из-за угла, что он периодически делает из-за обилия углов в Столовой №100, и благосклонно, но вместе с тем и решительно поманил нас к себе.

- Вотъ что, - сказал он, вынув изо рта трубку. – По поводу вашихъ намѣренiй. Хочу предупредить васъ какъ отецъ. Хмъ. Какатецъ. Народу съ такой прихотливой словесностью не слѣдуетъ попадаться на языкъ. Точно вамъ говорю. Вы чего, кстати, пожаловали? Идите, позаймитесь. Что вы, понимаешь, все ходите изъ стороны въ сторону?

- Самоё Обиссианъ Обиссиановичъ трудится, можетъ быть, что и въ эту самую минуту, - поспешно добавил он, увидев торчащее из-за двери директорского кабинета шевелящееся ухо, - и вы, стало быть, берите примѣръ. Онъ вамъ, въ концѣ концовъ, какатецъ. Съ заглавной надлежитъ, вѣроятнѣе всего. Какатецъ! О чемъ это я?

- Чтобы нам не столько ходить из стороны в сторону, сколько более просто в сторону.

- Шта?

Об этом мы упомянули по двум причинам. Во-первых, чтобы продемонстрировать тем смертным, которые непременно хотят свидеться с райтером и потрогать его десницу, что приступать к диалогу с ним следует только хорошенько поевши гороха, который горох можно легко обрести в Столовой №100, как плавающим в одноименном супе, так и в толченом виде под рубрикой «пюре». А во-вторых, для того, чтобы удовлетворить наконец алчущих правды о том, что же райтер такое курит. Ведь курит же, и это не подлежит сомнению. Выпускает изо рта целые тучи дыма и выдыхает угарный газ. Когда мы узнали про угарный газ, то немедленно решили сообщить об этом торгующим на базаре, но позорно перепутали все на свете и сказали, что райтер испускает диоксид углерода.

- Вы представляете? Выдыхает углекислый газ, как сукин сын! Это же черт знает, что такое, не правда ли?

Торгующие же, ценя в нас более благопристойных покупателей, чем химиков, подкатывали глаза и с шумом выдыхали свой собственный углекислый газ:

- Пф-ф-ф! И как вы только этого зануду терпите! Золотое у вас сердце.

Завхоз, впрочем, и не то еще рассказывает. Про огни, серу и медный коготь, который он лично видел сквозь дыру в райтерском носке. Так что, на его фоне мы смотримся еще хоть куда.

Мы были убеждены, что райтер переменяет курительные орудия в соответствии со своими капризами, но оказалось, что это зависит от той одежды, в какую он бывает облачен с самого утра. Так, если на нем белые штаны, а на голове борсалино, то в зубах непременно будет кубинская сигара. Если он разгуливает в халате и ночном колпаке, то чубук. Когда на нем китайская шапочка и шелковые шаровары, то коротенькая стеклянная трубочка, сделанная в виде дракона. С надетыми джинсами ему приходится курить сигареты, а смокингу всегда сопутствует сигарета с длинным мундштуком. Ну, а если уж он надевает мундир отставного корнета, ту тут уж режьте нас на части, а будет трубка с такой обширной чашей, что по неопытности в нее можно запросто влить ведро воды, приняв за горящую урну. Облачения же, совершенно верно, переменяются в полном согласии с его капризом, и тут уж ничего не поделаешь.

Так как из всех райтерских советов и предостережений ничего вразумительного, кроме дурацкого какатца, не получилось, то мы продолжили рассылать поздравления с праздником цветных женщин. Дело это оказалось нелегкое. С одной стороны, вроде бы все просто: ну, устроили себе продувные дамочки повод неосужденно выпить и закусить. Но с другой, каких именно женщин поздравлять, так и осталось смутным. Мнение райтера, что речь идет о разноцветных женщинах и, следовательно, поздравлять нужно всех подряд, за исключением, разве что, наиболее бледных и покашливающих, пришлось проигнорировать. Во-первых, он известный расист и утверждает даже, что женщин с румяными щеками вполне можно посчитать как цветных, а в этом, вот, мы нутром чувствуем, затаился какой-то уже совершенно оголтелый и доселе неведомый расизм. А во-вторых, во всех резолюциях и прочих торжественных протоколах, подписанных безупречными мужчинами, нет ни слова про разноцветных, но всегда трактуется именно о цветных. Поэтому же самому и догадку про цветастых женщин решено было не рассматривать.

- Да и что это такое значит, «цветастые»? – возмущались мы.

- По моему мнѣнiю, - отвечал райтер, - то же самое, что и цвѣтныя, только, въ этомъ случаѣ, въ болѣе насыщенномъ изводѣ. А если ужъ не знать, каковы на видъ цвѣтныя женщины, то лучше ужъ заниматься тѣм же самымъ въ отношенiи цвѣтастыхъ. Въ случаѣ обрѣтенiя знанiя, это обѣщаетъ болѣе, не говорю «разнузданную», но веселую обстановку.

- В нашем положении, - вставил завхоз, - ведаться с цветастыми женщинами может быть опасно для здоровья.

- Въ нашемъ положенiи, - отмахнулся райтер, - даже геморрой опасенъ для здоровья, хотя раньше ничего кромѣ смѣха не вызывалъ.

Потом завхоз сказал, что по уверениям узбеков с Татарского базара, женщины, рожденные среди Кавказских гор, суть цветные. Но первые же встречные кавказские женщины пояснили, что давно уже взвалили на себя бремя белого человека, а про узбеков высказались на своем собственном языке, который больше никто не понимает, но, если судить по жестикуляции, то дело узбеков, несомненно, табак, а у самих у них уши холодные. Узбеки, со своей стороны, поспешили сослаться на одну из прошлых наших записочек, в которой уже заявляли, что никакие они не узбеки.

- Вот же черт, - беспомощно переглянулись мы и опустили руки.

 От отчаяния мы было кинулись поздравлять тех женщин, которые погубляют мужчин при помощи конопушек, но тут пришлось все-таки прислушаться к райтеру, который сказал, что конопушки, это, собственно, некоторый род женской артиллерии, а взаимодействие с женщинами от артиллерии, в отличие от женщин от инфантерии и кавалерии, опасно, прежде всего, тем, что придает клочкам тот импульс, какой заставляет их ходить ходуном по закоулочкам. И это не говоря уже про лопату, которая угрожает всякому дедушке, вздумавшему лезть с непрошенными поздравлениями к рыжим и конопатым.

И тут-то вот, когда мы уже были готовы действительно поздравлять всех подряд, из-под самых облаков, но не на нашу голову, вдруг спустилась почтовых дел мастерица и мать одиночества, хлопая крылами своих сандалий. Эта достойнейшая объяснила, что праздник цветных женщин имеет хождение только в североамериканских штатах, где до сих пор сохраняется секрет различения цветных, бесцветных, разноцветных и даже цветастых женщин. В прочих же сторонах и весях, это умение давно утрачено, а женщин запросто приписывают к женскому полу, и горя не знают. Поначалу мы обрадовались, а потом все-таки задумались: это что же, никого мы сегодня не поздравим, стало быть? Но и тут эта добрая женщина не оставила нас своим попечением:

- Эх, да поздравьте меня. Мне уже все равно терять нечего.

На радостях, мы подарили ей набор носовых платков, букет тюльпанов, открытку, потом расцеловали и накормили обедом. Так что, когда она возносилась обратно к себе под облака, то делала это тяжеловато и помогала себе руками.

С Днем гражданской обороны тоже вышла история. Мы-то думали, что в этот день гражданские лица могут удобно обороняться от вертухаев, и собрались поздравлять вертухаев с тем, что не всякий день все-таки им коснеть во грехе, иной раз можно позволить себе впасть в несомненную добродетель. Оказалось, однако, что несмотря на всю свою воинскую пышность, медали и огромные шапки, вертухаи, собственно, тоже вполне гражданские исчадия, а следовательно спасения от них нет ни в какой день и присно, и во веки веков.

Поэтому акцию сегодня мы посвящаем первому дню весны по григорианскому календарю. Опыт указывает на то, что дальше жить будет не так противно. Причем, с каждым днем.

Акция: суп гороховый 17 рублей и рагу из свинины 96 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300. 

whatsapp_image_2019-12-02_at_095615.jpg whatsapp_image_2020-08-24_at_103545.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 22.02.2021 09:36

Двадцать второго февраля празднуется годовщина преподнесения Галилеем герцогу Фердинандо посвященной ему книги «Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой». Не правы те, кто вслед за нашим завхозом считают, что это было просто. То есть Галилео Галилей пришел с книжкой подмышкой и ни здрасти, ни досвиданья:

— Фердинандо!

— А!

— На!

Тут надо учитывать, что, хотя Фердинандо учился в свое время у Галилея и наверняка получал от него всякие фамильярные альгарады и щелчки, но после окончания учения пошел работать великим герцогом, что в РФ теперь соответствует должности никак не меньшей, чем участкового, а то и выше. То есть такой, при которой не только имеешь право на ношение пистолета, но и на катание пушки, и на сверкание доспехами из-под небес, и на гвоздик в Столовой №100, откуда можешь радовать всех гулкостью, медным цветом лица и округлыми статями. Поэтому, конечно, Галилей преподносил книжку со всей тщательностью, время от времени, наверное, приседая или как-то иначе выражая почтение.

А с другой стороны, Галилей, хотя и оказался впоследствии самой натуральной уголовной мордой (да, его судили и приговорили), но, кроме этого, все-таки был еще и ученым с мировым именем. Завхоз, конечно, и тут говорит, что и мир-то в те времена был куда меньше, и ученым можно было стать просто из любопытства, но мы все-таки считаем Галилея ученым и великим притом. Чего стоит, например, одно то, что он изобрел подзорную трубу и продолжал пыриться в нее, даже когда совершенно ослеп. Это, уж как там завхоз себе хочет, но гораздо круче, чем даже Бетховен, который оглох от увлечения громкой музыкой, но продолжал играть на музыкальных инструментах так уверенно, что и дня не проходило без того, что бы кто-нибудь из домочадцев не кричал на всю улицу, полностью лишившись терпения:

— Господи, Боже мой, да кто опять Бетховену бубен принес? Рехнуться же можно, честное слово, чертовы идиоты! То, понимаешь, дудку, то барабан. Это не смешно!

Фердинандо наверняка тоже как-то готовился, натирал щеки мылом и душился духами, а не просто сидел в халате и тапках посреди своего дворца. По сообщениям историков, он и жене своей сделал внушение:

— Завтра Галилей придет, будет книжку дарить, так ты уж, ради Христа, в бигудях-то по дому не расхаживай.

А жена его всегда слушалась, потому что любила то, какой он у нее был шустрый и великий герцог с алыми губами, мальтийским крестом, волосатым подбородком и прочим обыкновенным герцогским.

В остальном же все было, в общем-то, как у всех. Галилей пришел с книжкой: здрасти, мол, ваше высочество. А Фердинандо сделал вид, что ни об чем не догадывается, а что, дескать, всегда-то так по дому ходит: в кружевных воротниках и с намыленными щеками. А жена его тоже: святые угодники, а я-то еще думаю, что там в передней за шум такой, дай-ка, мол, погляжу, а это вы, то есть Галилео Галилей, ученый муж и астроном с уголовными наклонностями! С чем, батюшка, пожаловали?

— Да вот, — сказал Галилей, — книжку написал, принес вашему супругу подарить.

— О! — изобразил удивление Фердинандо. — Интересная? Как называется?

— С разрешения вашего высочества, называется «Диалог о двух главнейших системах мира — птолемеевой и коперниковой», а интрига в ней такова, что только на последней странице доводится узнать, какая из систем правильная, а какая так.

Чтобы не портить удовольствие от чтения тем, кто еще эту книжку не читал, скажем лишь, что та система, которая на последней странице называлась правильной, на самом деле оказалась не такой уж и правильной, как воображал Галилей, раз за ее защиту могли запросто посадить в тюрьму и даже припалить хвоста. Кроме того, те астрофизики, которые обедают в Столовой №100, говорят, что в последнее время вскрылись такие факты, которые позволяют считать любую систему правильной.

— Все равно, — говорят. — Теперь по всей науке такой приказ вышел, что хоть на голове стой, а и тогда никто не взыщет. Нехорошее про негров и женщин только не говори, в остальном же — полная воля.

— Ого! — вскинули мы брови. — Ну, у нас-то все наоборот. Про женщин и негров можно говорить всё, что в голову взбредет, а воли никогда не было никакой.

Астрофизики в ответ посмотрели на нас долгим взглядом, но ничего не сказали.

А вот Фердинандо сказал Галилею:

— Опасными стезями ходишь, профессоре.

— А, — отмахнулся Галилей, — ничего опасного. Инквизиторы и читать-то толком не умеют, куда им такую толстую книжку одолеть!

Кстати, забегая вперед, хотя инквизиторы, и правда, читали с большим трудом, но удрали такую штукенцию, какой проницательный Галилей от них совершенно не ожидал. А именно, просто-напросто открыли сразу последнюю страницу и медленно, но верно прочитали ее содержимое. Но тогда, как мы уже заметили, Галилей вполне веровал в свою проницательность, а она предрекала ему жизнь, подобную порханию с цветка на цветок с сопутствующими этому делу нектарами, амброзией и удовлетворённым жужжанием.

— Хорошо, — сказал Фердинандо.

— Ага, — сказал Галилей.

Посидели, похлопали друг дружку по плечам, животам и ляжкам. Помолчали. Послушали, как в соседней комнате звякают фарфор и серебро.

— А что, синьор профессор, а не позакусить ли нам?

— Позакусить, отчего же бы не позакусить, — заулыбался Галилей. — Особенно, если у вашего высочества найдутся пара бутылочек сладкого тосканского.

— Как же не найдется? — ответил Фердинандо и даже хлопнул в ладоши от удовольствия. — Не даром же я ношу титул великого герцога Тосканского. Я тут навроде короля, распоряжусь только, и все дела.

Дальнейшие события, однако, касаются совсем другого праздника, который празднуется в этот же день, но называется годовщиной угощения герцогом Фердинандом Галилео Галилея сладкими винами и средственными закусками, а мы избрали своим информационным поводом годовщину преподнесения книжки. Хотя, будучи столовой, должны были, по идее, поступить иначе. В этот праздничный день принято презентовать книжки собственного сочинения, увлекаться астрономией, выпивать со сторожем обсерватории и вообще — жить и не тужить.

И акцию сегодня мы посвящаем знаменитому событию, связанному с презентацией книжки, а не (по какому-то наваждению) с обеденной трапезой. Всех гостей, могущих доказать, что являются прямыми потомками Г. Галилея, обещаем накормить бесплатно. Тем более, райтер нас заверил, что на галилеевом внуке вся его фамилия пресеклась.

Акция: борщ 48 рублей и макароны по-домашнему 60 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300. 

P. S. Мы не удержались и отправили Василию Ивановичу телеграмму с вопросом, правда ли, что теперь в науке вышла большая воля и на обломках самовластья уже всякого понаписано? На что Василий Иванович нам ответил прямой речью, подкравшись сзади, чем здорово нас напугал:

— Если это райтер вам напел, то всё брехня от первого до последнего слова. И передайте ему, напрасно он думает, что престидижитаторы читать не умеют. Так и скажите: Галилей, мол, тоже думал, да в суп, как известно, попал.

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg whatsapp_image_2019-01-14_at_105920.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК




Акция 15.02.2021 11:27

Мы воспользовались недомоганием райтера, чтобы стреножить сего распоследнего и, хотя бы отчасти, прикрыть ту разговорную трубу, что находится у него под носом. Верно рассчитав, что недуги обострят райтерскую мнительность и доверие ко врачам, мы призвали доктора Зеленкина и, надавав инструкций и подзатыльников, запустили прямо к нему на квартиру.

- Ай, - кричал Зеленкин, - да сам я все знаю!

- Да? А кто хотел райтера током дергать?

- Идите к черту, так в учебнике написано, я ничего не выдумывал. Приставил бы провода и рубильник бы включил. То есть включатель бы врубил.

- Да как бы ты включил, когда у тебя полны руки проводов? И что это за учебники такие ты там читаешь?

- Советская медицина такова, что надо только ввязаться, а там само собой все происходит, как по волшебству. А учебники всем известные: «Руководство по шизофрении» академика Снежневского и воспоминания полковника Лунца «Как я дернул током гражданина Буковского».

- Ну-ка, дай сюда. Хм, действительно: «Однажды я дернул током Буковского…». Ужас какой! Ты вот что, мы эти книжки сейчас у тебя заберем, а ты постарайся райтера убедить. Убедить! Дави на смертный страх и на то, что у него последние волосы повываливаются. В крайнем случае, покажи ему кузькину мать, вот тебе ее фотография.

- Бе-е-е.

- Не бекай и ради всего святого о проводах даже речи не заводи.

- Да ладно вам, я же так, чуть-чуть, ничего бы вашему драгоценному райтеру не сделалось.

- Зеленкин! Мы за тебя волнуемся. Райтер тут пятьдесят лет прожил, действительную службу служил, на корточках за гаражами сиживал и пока рта не раскрывает, то отличить его от местного анархо-синдикалиста почти невозможно. А его знакомство со всякими историческими анекдотами только ухудшает твои шансы, поэтому не спорь, пожалуйста.

На свое счастье, Зеленкин поступил согласно с инструкциями: напирал на страхи и под конец, почувствовав, что райтер совершенно размяк, подал ему лошадиные путы, даже объяснив, как ими пользоваться. Маску же велел вовсе не снимать до тех пор, пока все не разъяснится.

- Что все? – спросил совершенно потрясенный райтер.

- Все. Вообще все.

Поэтому сегодня никакой политики не будет. Мы опасались, что неожиданное явление Григория Алексеевича заставит райтера разорвать бинты и как-нибудь испортить нам хорошее настроение, но оказалось, что он давно уже считал Явлинского почившим, а его внезапное вторжение объясняет просто результатом чьих-то бесчеловечных спиритических опытов. Нужно сказать, что в этом он не одинок. Люди и более осведомленные, особенно из тех, что помоложе, не раз уже спрашивали, чей, мол, это дедушка.

- Фиг знает, - обыкновенно отвечали им, - всегда тут сидит.

Иногда, дескать, изнутри у него раздается какая-то трескотня. Тогда все вздрагивают и смотрят на него долгим взглядом, пока кто-нибудь посообразительней не догадается поднести ему рюмку водки и огурец. После этого он опять надолго затихает. Впрочем, и трещит все реже и реже, видно, что вкус жизни постепенно покидает его.

Лучше уж мы сегодня начнем выполнять свое обещание снабдить наших читателей именным указателем, чтобы они не вязли так отчаянно в исторических и литературных персонажах, которые плодятся и размножаются в Столовой №100 и ее окрестностях. Сначала думали располагать их в алфавитном порядке, но тут поднялся такой гвалт, вскрылись такие застарелые обиды, что мы почли за лучшее бросить эту затею и указывать всех произвольно, по мере воспоминания.

Вот, например, столовая. Часто упоминаемая тут штука. А что столовая? Какая она? Есть ли в ней по крайней мере стулья или все сидят китайским манером, расположившись под столами, которые, как ясно из названия, в столовой уж должны бы быть? Имеет ли она стены и прочее присущее зданиям? Или безгранична, как сонный морок? А может быть, это бродячая столовая-шапито и составляется из вонючих шкур, а после разбирается и влечется толстогубыми волами на новые места? Покойно ли это место, или всякого входящего немедленно берут в оборот и гоняют из угла в угол без срока и жалости? Наконец, злачно ли место сие? Или злаки прозябают лишь там, где столовая заканчивается, но начинается нечто другое, что уже и столовой-то затруднительно называть? И это все не праздные вопросы, ведь вдумчивый читатель, единожды прочитав «столовая», начинает места себе не находить, доходит даже до сомнений и такого рода метафизических вопросов, что запросто может утратить аппетит.

Бывали случаи, когда некоторый человек приходил к нам и воображал увидеть серебро и хрусталь, крахмальную скатерть и антикварные водяные часы в углу, называемые клепсидрой, а также гидрологиумом, но находил только всяческую банальность, присущую общественным питаниям.

- Помилуйте, - писал он после, - одна только слава, что столовая, а утираться дают бумажными салфетками, и даже мыло там пребывает в жидком состоянии. Безобразие!

А другой всходил к нам с мыслью показать семейству изъеденные вилки, бытые чашки и вообще поделиться задушевными воспоминаниями молодости, а уходил с чувством глубокого возмущения.

- Да что же это такое? Я все семейство собрал, обещал в пищевом отравлении поучаствовать и продемонстрировать парадокс нарушения поста без нарушения оного. А в результате мы просто скучно поели, побрели домой и, не знаю даже, но мясо говядов! Оно там есть и бесстыдно продается. Что же это за столовая? Безобразие!

Поэтому первая статья нашего указателя будет посвящена Столовой №100. Итак, Столовая №100 – здание, служащее декорацией для райтерских постановок. Носит имя Иммануила Канта, потому что никто, кроме нее и самого Канта, это имя носить не согласился. Приписана по военно-морскому флоту в ранге боевого катера на паровом ходу и в случае войны обязуется незамедлительно отдать концы. В силу этой же приписки, не имеет канализации, взамен чего обладает необходимой катеру юркостью, воинской хитростью, доблестью и способностью к разнообразным неожиданностям. Стены выполнены из камыша с добавлением просеянного голубиного помета и обложены кирпичами. Имеет парадоксальную крышу. То есть специалисты утверждают, что ее нет, но она, действительно не имея бытия, каким-то образом есть. И это вовсе не означает, что она, то есть, а то ее и нет. Это как-то описывается квантовой механикой при помощи постоянной Планка. Один бродячий квантовый натурфилософ пытался нам объяснить и даже наелся для этого гороха, но в результате только исчиркал нам целую пачку салфеток, а крыша как была, так осталась, или, другими словами, как ее не было, так и нет.

Имеет многоцелевые окна, через которые мы смотрим на окружающий мир, наблюдем смены времен года и получаем сведения о погоде и политическом климате. Однако, через те же самые окна можно заглянуть внутрь столовой и узнать, что мы там делаем. Ведь кроме своей основной обязанности декорировать райтерские выдумки, столовая еще и изготовляет провизию, продает ее алчущим, уплачивает налоги, а на оставшиеся деньги бесится с жиру.

А акция сегодня посвящается физику Хансу Эррстеду, который открыл магнитные свойства электричества, что привело к созданию компьютера, при помощи которого мы все теперь и общаемся. Это, по нашему мнению, гораздо интереснее, чем тупо дергать людей током, как это делал полковник Лунц.

Акция: суп-лапша куриный 17 рублей, оладьи из печени 52 рубля и гречка на гарнир за 24 рубля. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300. 

ol.jpg IMG__20151212__104257.jpg sup_lapsha.jpg

ЯНДЕКС КОШЕЛЕК       




Акция 08.02.2021 10:17

Райтер закрылся на карантин. Просил извинить. То есть, конечно, ничего он не просил, это мы просим. А он засел у себя на квартире и изображает из себя корсиканское чудовище, запертое на святой Елене: ходит, заложив руки за спину, бормочет, стонет, возлежит на одре, жалуется на оброшенность и кутается в халат. Сначала пробовал диктовать завещание, но, обнаружив, что диктовать, собственно, некому, принялся ходить, бормотать и так далее — всё в точности так, как описано выше. Соседи даже уверяют, что не единожды ясно слышали из его окна: «Элои! Ламма савахфани». Скорее всего, сочиняют. В этом доме все имеют страсть к сочинительству. Но совершенно верно, что всё, что теперь выходит из рук райтера, носит на себе печать болезненного брюзжания. Написал нам письмо с просьбой выслать обед, где нас называет «любезными», а себя в одном месте — «умирающим временно исполняющим обязанности вождя», в другом — «временно исполняющим обязанности умирающего вождя», а в третьем — «истерзанным местоблюстителем».

Прислал нам записку к понедельнику, но размещать ее мы не смеем: столько там содержится контрреволюционного яда, способного отвратить большее число наших читателей не только от мысли когда-нибудь закусить в нашей столовой, но и от помышлений об обеде вообще как таковом. И, самое главное, мы очень боялись, что он опять помянет родину-мать, которую поклялись защищать после известного исхода части благословляющих Столовую №100 в стан ее проклинающих, и благодарили Бога за то, что сейчас вроде бы и повода для таких поминовений нет. И что же? Только перелистнули страницу, как прямо в наши глаза кинулось: «И пусть любители пышныхъ сноповъ, масляныхъ шестеренокъ, дебелыхъ сосцовъ и прочаго скажутъ спасибо, что сегодня не устраивается какой-нибудь патрiотическiй совѣтскiй шабашъ, а то бы пришлось про вашу желѣзобетонную мать писать и писать буквально слѣдующее: …». Мы так и обомлели. Уж сколько мы внушали этому белогвардейцу, что обидчивая железа советского патриота, как и материал, из которого выполнено тело истукана его ужасной матери, предварительно напряжена, а ему и дела нет.

— Знаю, — говорит. — Чѣмъ же еще объясняется, по-вашему, хватанiе гуляющихъ людей на улицахъ? Именно тѣмъ самымъ. Многiе тутъ стали усматривать въ этомъ чуть ли не многоумную каверзу, направленную искусной рукой въ сердце чекистскаго государственнаго уклада, и в.п.с. даже на мгновенiе застылъ, но тутъ же вспомнилъ, что совѣтскiй патрiотъ, прежде всего, злобный дуракъ, хотя и весьма проворный въ практическомъ смыслѣ. То есть не только мимо рта не хотящiй пронести, но и не могущiй, въ силу самаго устройства его хайла.

Мы, конечно, немедленно наложили ему печать на уста, но вынуждены были согласиться. К тому же, он нам напомнил, как один из прежних наших градоначальников, из тех, которые пребывали в убеждении, что хотя делу время, а и потехе свой час надобно уделять, понимая под потехой то же, впрочем, что и те, которые на потеху не отвлекались, то есть устроительство общественных мест, попечение об образовании и здоровье и прочую в этом роде канитель, как-то раз, в разгар предвыборного престидижитаторства, взялся вдруг издавать ругательную газету. Причем газета, по видимости, должна была ругать именно его самого, но при этом заронять в сердца избирателей мысль о том, что без него весь град непременно обрушится в тартарары вместе с кремлем и казначейством. Зачем ему это понадобилось — большая загадка, но он и вообще был деятельный тип и хотя рос от единого советского корня, но чекистской прививки был лишен, а лишь прочувственно исполнял сокровища городского романса. Газета распространялась бесплатно, и он лично благословил распространителей с заднего крыльца и спокойно ушел обедать для подкрепления сил, истощенных деланием дела. Не успел он, однако же, кончить свой обед, хоть это и отнимало много времени, как со всех концов города возмущенные городские обыватели стали приносить ему целые стопки газет, а в одном случае даже привели и плачущего покаянными слезами распространителя. Мэр только руками развел.

А ведь это были хотя и почтенные личным знакомством, но совершенно не связанные никакой присягой советские дураки, вся претензия которых была только в том, что в газете писались «неправильные и обидные слова». Впрочем, до чтения, конечно, дело не дошло, но там были соответственные картинки, которые и обличили лживого змея измены.

А теперь вообразите себе того же самого советского дурня, но осененного государственным блеском и имеющего дело не с печатным текстом, а с «неправильными и обидными словами», высказанными устно, что чертовски облегчает понимание. О, братия! Он ведь уверен, и даже его самая обиходная жизнь предоставляет на каждом шагу несомненные удостоверения, что «закон» и «дышло» — синонимы, но даже, как бы там ни было, а к нему ни то ни другое применять никак нельзя.

И при всем при этом, те прекраснодушные, которых теперь ловят, сажают, мутузят и прочее, желают соблюдения «закона». Сам главный их исповедник только об том и говорит, что о соблюдении законности.

Да ведь это все равно, как подойти к этой стае и кротко просить их дернуться током или вовсе низвергнуться в море, потому что требовать соблюдения закона — это значит расшатывать их опорную колонну или, если можете вместить, ту самую скрепу, которая не дает всей этой вавилонской блуднице разлететься на куски.

Сто уже лет на этой территории нет закона, а действует исключительно скомканное и противоречивое телефонное и устное предание. На протяжении всех этих лет законность всячески попиралась, во-первых, потому, что мудрено создать такой свод, который удовлетворял бы любому сиюминутному большевистскому хотению, а во-вторых, потому что самая их смрадная мумия в те поры, когда еще имела способность говорить, прорекла, что вся эта буржуазная законность нужна только для того, чтобы замылить глаза буржуазным же соседям до тех пор, пока не представится случай перервать им глотки.

Договоренности, союзы и джентльменские соглашения с ними тоже никакого смысла, к сожалению, не имеют. С их стороны, это только повод заглотать союзника со всеми потрохами. И потом, для джентльменского соглашения нужно, чтобы его заключали джентльмены, а если с одной стороны джентльмен, а с другой - мужик, то ничего путного ожидать не приходится. А они сами себя с глуповатой гордостью величают мужиками. "Мужик", говорят. Интересно, если бы, например, Петра Столыпина кто-нибудь назвал бы мужиком? "Хороший ты мужик, Петр Аркадич". Наверное, случилось бы какое-нибудь дворянское кровопролитие. Или же просто, учитывая его бесстрашный характер, дал бы в ухо, а потом, в случае суда, заплатил бы положенную виру. Или Антона Ивановича Деникина, сына крепостного, дослужившегося до штаб-офицерского чина, мужиком? Тут бы уж точно без пистолетов бы не обошлось.

Чего уж, казалось бы, проще? РФ ведь не скрывает, что является правопреемницей СССР, а стало быть сами о себе они свидетельствуют, что отцы их человекоубийцы. И всем известно, что культ предков, это единственная религия, которую они исповедуют без шуток.

— Коротко говоря, — подытожил райтер, — вы вольны поступать какъ знаете, а я закрываюсь на карантинъ. Поступлю въ послушанiе ко врачу и буду порошки глотать.

— Таблетки, — машинально сказал завхоз, — порошки теперь другое значение приобрели.

— Пустяки, — сказал райтер. — Я не объ томъ рѣчь велъ, а о томъ, что покуда не загнать дурака въ рамки его спецiальности, если она, конечно, соотвѣтствуетъ начаткамъ справедливости, что будетъ сдѣлать мудрено, потому какъ у него теперь пистолетъ, а у прочихъ — законъ объ оружiи, пока не взять весь совокъ и не втиснуть его мумiи въ задницу, а послѣ не закопать въ чистомъ полѣ, прекраснодушная часть населенiя такъ и будетъ клянчить законности, пока не изойдетъ вся и не народитъ на свое мѣсто другую, можетъ быть, еще болѣе прекраснодушную. И намъ, старымъ дуракамъ, ее еще жальче будетъ.

Вообразите себе, в каком остолбенении мы стояли, всякую секунду ожидая, что на нас повалится Силоамская башня или случится что-нибудь не менее неожиданное. Сами понимаете, что публиковать его записку нам как коммерческому обществу совершенно неприлично. Тем более, что там и про реституцию, конечно, и про реставрацию, и про всю и всяческую контрреволюцию, и про современное искусство, упоминания о котором мы так опасались.

Поэтому и акцию сегодня мы публикуем без привычного текста, а так: борщ 32 рубля, гречка 28 рублей и люля-кебаб 50 рублей за порцию. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300. 

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg whatsapp_image_2019-10-14_at_120156.jpg IMG__20151212__104257.jpg

Яндекс кошелек




Акция 01.02.2021 09:42

Первого февраля, сколько мы себя помним, было принято отмечать день, когда Лондонская фондовая биржа впустила в свои недра брокеров женского пола и позволила им там хоть на голове стоять. До этого женщины, конечно, тоже участвовали в торгах, но для этого им было необходимо выходить замуж за брокера, что не всегда было удобно, или приносить к биржевому фасаду складной прилавок и спекулировать жареными семенами подсолнухов, жевательной резиной и прочим в этом роде товаром. В этот день райтер обыкновенно с утра запирался в директорском кабинете и писал телеграммы знакомым торгующим женщинам. Что-нибудь вроде: «Поздравляемъ, чортовы барыги. Была у васъ одна-единственная отъ Бога благодать, и ту вы профукали».

— Точку-то ставить ли? — обычно спрашивал Матфей.

— Да и поставь, — отвечал райтер. — А, впрочемъ, что по этому поводу Розенталь сочиняетъ?

— Нужно, говорит, ставить, если жизнь тебе дорога.

— А вотъ и не ставь. Чего онъ все подъ руку-то лѣзетъ?

Но теперь и в директорский кабинет из-за нуждающегося в уединении Обиссиана Обиссиановича не взойдешь, и Матфей в чулане поет героические песни, и, ко всему прочему, сегодня стало модно отмечать всемирный день хиджабов и прочих исламских девайсов. Одно, собственно, оправдание этому празднику, что теперь утаивать подробности собственной физиономии стало принято во всем мире. То есть народная мудрость про «На чужой роток не накинешь платок» отныне считается устаревшей и перемещена для хранения под рубрику «Народная глупость и заповедные потешки». Мусульмане немедленно принялись торжествующе потирать руки и время от времени тыкать пальцем в небо:

— А мы говорили! Мы черт знает когда уже приготовились. Из нас не слишком хорошие сочинители, композиторы и художники, инженеры и натурфилософы тоже так себе. Ну, стреляем мы не очень хорошо и бегаем не слишком быстро. Да, положа руку на сердце, и богословие у нас имеет в себе довольно крупные белые пятна и пригодно, собственно, только для домашних нужд. Тут мы, кстати, не виноваты, потому что наши праотцы создавали его, подслушивая перебранки ссыльных христианских ересиархов, и теперь уже поезд ушел. Короче говоря, нам, может быть, многое можно поставить в укоризну, но уж, что касается ношения хиджабов и всяческих подобных санитарных штуковин, тут мы впереди всего мира. Еще мы умеем мастерски скандалить в общественных местах и взрываться от любого пустяка. Сейчас покуда эти наши умения не стали востребованы повсеместно, но когда станут, мы и тут будем впереди всех. Вот так-то.

Кроме того, они убедительно просят не смешивать хиджаб с чем-то там еще, но так как мы и хиджаб себе плохо представляем, то затрудняемся сказать, с чем именно. Некоторые предполагают, что, может быть, с хиджрой, но не уверены. Единственное, что мы можем со своей стороны сделать, это передать мусульманскую просьбу и предостережение о том, что, единожды смешав хиджаб, его уже невозможно будет вымешать обратно, а это как-то там совсем, словом, нехорошо.  

Поэтому райтер сегодня уже не поздравляет, а пишет соболезнования. «И пятидесяти лѣтъ еще не прошло, какъ вы ворвались въ зданiе Лондонской биржи, раздѣливъ такимъ образомъ отвѣтственность за финансовые кризисы, а вотъ ужъ васъ поджидаетъ хиджабъ, что бы это слово ни означало. Вы, конечно, все преодолѣете, но каковъ камуфлетъ! PS В-му. п.с. уже даже мнится, а не зря ли вы отъ омофора-то отказались? Онъ, по крайней мѣрѣ, омофор-то, пѣтухами былъ расшитъ и полевыми лилiями. PPS Чортовы вы барыги все равно».

А завхоз сегодня покаялся в том, что ему принадлежит дача в Геленджике:

— Простите, православные. Это все я. Я строил, я подземные ходы рыл, я плесень разводил.

Так он кланялся на все стороны, пока не заметил голову Обиссиана Обиссиановича, которая молча за ним наблюдала.

— Ты это, — наконец сказала голова, — того. И без тебя уже, шута горохового, сыскался законный хозяин. Ротенберг его фамилия, так и передай своим никчемным друзьям.

Завхоз, однако же, не зря носит титул нашего амбулаторного алкоголика. И всё на свете переврал. Райтеру сказал, что хозяином геленджикской дачи является Розенталь.

— Само как-то вырвалось, — впоследствии оправдывался он. — Как увидел райтера, так и вырвалось.

— Да что же это такое, въ самомъ-то дѣлѣ?! — расшумелся райтер. — Шагу ступить нельзя безъ этого профессора совѣтскихъ наукъ.

На кухне завхоз сказал, что Розенкрейцер.

— Вот оно, — разинули рты повара, — допрыгались.

После этого среди судомоек и кухонных работников степным пожаром разошлась сплетня, что Геленджик захвачен масонами, которые уже теперь, в феврале, оккупировали все лежаки, побросали на них полотенца, придавили их камушками, а сами крадучись ходят вокруг да около и чего-то такое замышляют, отчего добрый человек запросто может заикой стать и несчастным на всю жизнь сделаться. Ситуацию осложняло еще и то, что несколькими днями ранее с черноморского побережья прибыла одна из кухонных работниц и не только все решительно подтвердила, но и еще сверх того наврала от себя так, что плач и скрежет зубовный восстал во всех подсобных помещениях.

Словом, когда все выяснилось, все вздохнули с облегчением.

— Ну и хорошо, — сказали все почти хором. — Ротенбергу не впервой.

Даже Матфей подал голос из своего узилища:

— Слава тебе Господи, а то я уж беспокоился, как там наш незаменимый Обиссиан Обиссианович с плесенью-то.

— Неужто об его здоровье волновался? — ахнул завхоз.

— Нет. Опасался, что у них с плесенью симбиоз. Какой-нибудь, не дай Бог, комменсализм или чего похуже.

Единственной пострадавшей из этой истории вышла та самая брехливая кухонная работница, которая не выдержала искушения медными трубами и вострубила. Она даже всплакнула.

— Женские слезы — вода, — резюмировал завхоз.

А акцию мы сегодня посвящаем Дню лифтовика в РФ. Так как это вам все-таки РФ, а не какая-нибудь там ФР, то празднуется наверняка День военного лифтовика. Военный лифтовик, в отличие от своих двоюродных гражданских собратьев, которые слоняются всюду в синих комбинезонах, имеет вид лихой и свирепый, и может не столько починить неисправный лифт, сколько взорвать его к чертовой бабушке. Несет он свою службу в шахте, которая служба состоит в том, что он сеет ужас и смятение, а то, что его никто не видел, может говорить только о том, что он жутко засекречен и опасен, как бегемот. Одна из наших кухонных работниц клянется, что двадцать лет прожила в браке с одним профессором кислых щей, а когда овдовела, то оказалось, что он был тайным военным лифтером в ранге эскадренного, что ли, миноносца, и пятьдесят человек несли за гробом его ордена и орудия, и мотоциклисты тоже там, и еще какие-то пропеллеры, и конная полиция с мигалками. И хотя это говорит та самая работница, которая на днях с черноморского побережья прибыла, но мы ей всё равно верим. Во-первых, не может же она, в самом деле, все время врать, а во-вторых, это все-таки РФ, тут любым чудесам вод.

Акция: рассольник 32 рубля и рагу из свинины 96 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300

rassolnik.jpg whatsapp_image_2017-02-27_at_104502.jpg

Яндекс кошелек




Акция 01.02.2021 09:42

Первого февраля, сколько мы себя помним, было принято отмечать день, когда Лондонская фондовая биржа впустила в свои недра брокеров женского пола и позволила им там хоть на голове стоять. До этого женщины, конечно, тоже участвовали в торгах, но для этого им было необходимо выходить замуж за брокера, что не всегда было удобно, или приносить к биржевому фасаду складной прилавок и спекулировать жареными семенами подсолнухов, жевательной резиной и прочим в этом роде товаром. В этот день райтер обыкновенно с утра запирался в директорском кабинете и писал телеграммы знакомым торгующим женщинам. Что-нибудь вроде: «Поздравляемъ, чортовы барыги. Была у васъ одна-единственная отъ Бога благодать, и ту вы профукали».

— Точку-то ставить ли? — обычно спрашивал Матфей.

— Да и поставь, — отвечал райтер. — А, впрочемъ, что по этому поводу Розенталь сочиняетъ?

— Нужно, говорит, ставить, если жизнь тебе дорога.

— А вотъ и не ставь. Чего онъ все подъ руку-то лѣзетъ?

Но теперь и в директорский кабинет из-за нуждающегося в уединении Обиссиана Обиссиановича не взойдешь, и Матфей в чулане поет героические песни, и, ко всему прочему, сегодня стало модно отмечать всемирный день хиджабов и прочих исламских девайсов. Одно, собственно, оправдание этому празднику, что теперь утаивать подробности собственной физиономии стало принято во всем мире. То есть народная мудрость про «На чужой роток не накинешь платок» отныне считается устаревшей и перемещена для хранения под рубрику «Народная глупость и заповедные потешки». Мусульмане немедленно принялись торжествующе потирать руки и время от времени тыкать пальцем в небо:

— А мы говорили! Мы черт знает когда уже приготовились. Из нас не слишком хорошие сочинители, композиторы и художники, инженеры и натурфилософы тоже так себе. Ну, стреляем мы не очень хорошо и бегаем не слишком быстро. Да, положа руку на сердце, и богословие у нас имеет в себе довольно крупные белые пятна и пригодно, собственно, только для домашних нужд. Тут мы, кстати, не виноваты, потому что наши праотцы создавали его, подслушивая перебранки ссыльных христианских ересиархов, и теперь уже поезд ушел. Короче говоря, нам, может быть, многое можно поставить в укоризну, но уж, что касается ношения хиджабов и всяческих подобных санитарных штуковин, тут мы впереди всего мира. Еще мы умеем мастерски скандалить в общественных местах и взрываться от любого пустяка. Сейчас покуда эти наши умения не стали востребованы повсеместно, но когда станут, мы и тут будем впереди всех. Вот так-то.

Кроме того, они убедительно просят не смешивать хиджаб с чем-то там еще, но так как мы и хиджаб себе плохо представляем, то затрудняемся сказать, с чем именно. Некоторые предполагают, что, может быть, с хиджрой, но не уверены. Единственное, что мы можем со своей стороны сделать, это передать мусульманскую просьбу и предостережение о том, что, единожды смешав хиджаб, его уже невозможно будет вымешать обратно, а это как-то там совсем, словом, нехорошо.  

Поэтому райтер сегодня уже не поздравляет, а пишет соболезнования. «И пятидесяти лѣтъ еще не прошло, какъ вы ворвались въ зданiе Лондонской биржи, раздѣливъ такимъ образомъ отвѣтственность за финансовые кризисы, а вотъ ужъ васъ поджидаетъ хиджабъ, что бы это слово ни означало. Вы, конечно, все преодолѣете, но каковъ камуфлетъ! PS В-му. п.с. уже даже мнится, а не зря ли вы отъ омофора-то отказались? Онъ, по крайней мѣрѣ, омофор-то, пѣтухами былъ расшитъ и полевыми лилiями. PPS Чортовы вы барыги все равно».

А завхоз сегодня покаялся в том, что ему принадлежит дача в Геленджике:

— Простите, православные. Это все я. Я строил, я подземные ходы рыл, я плесень разводил.

Так он кланялся на все стороны, пока не заметил голову Обиссиана Обиссиановича, которая молча за ним наблюдала.

— Ты это, — наконец сказала голова, — того. И без тебя уже, шута горохового, сыскался законный хозяин. Ротенберг его фамилия, так и передай своим никчемным друзьям.

Завхоз, однако же, не зря носит титул нашего амбулаторного алкоголика. И всё на свете переврал. Райтеру сказал, что хозяином геленджикской дачи является Розенталь.

— Само как-то вырвалось, — впоследствии оправдывался он. — Как увидел райтера, так и вырвалось.

— Да что же это такое, въ самомъ-то дѣлѣ?! — расшумелся райтер. — Шагу ступить нельзя безъ этого профессора совѣтскихъ наукъ.

На кухне завхоз сказал, что Розенкрейцер.

— Вот оно, — разинули рты повара, — допрыгались.

После этого среди судомоек и кухонных работников степным пожаром разошлась сплетня, что Геленджик захвачен масонами, которые уже теперь, в феврале, оккупировали все лежаки, побросали на них полотенца, придавили их камушками, а сами крадучись ходят вокруг да около и чего-то такое замышляют, отчего добрый человек запросто может заикой стать и несчастным на всю жизнь сделаться. Ситуацию осложняло еще и то, что несколькими днями ранее с черноморского побережья прибыла одна из кухонных работниц и не только все решительно подтвердила, но и еще сверх того наврала от себя так, что плач и скрежет зубовный восстал во всех подсобных помещениях.

Словом, когда все выяснилось, все вздохнули с облегчением.

— Ну и хорошо, — сказали все почти хором. — Ротенбергу не впервой.

Даже Матфей подал голос из своего узилища:

— Слава тебе Господи, а то я уж беспокоился, как там наш незаменимый Обиссиан Обиссианович с плесенью-то.

— Неужто об его здоровье волновался? — ахнул завхоз.

— Нет. Опасался, что у них с плесенью симбиоз. Какой-нибудь, не дай Бог, комменсализм или чего похуже.

Единственной пострадавшей из этой истории вышла та самая брехливая кухонная работница, которая не выдержала искушения медными трубами и вострубила. Она даже всплакнула.

— Женские слезы — вода, — резюмировал завхоз.

А акцию мы сегодня посвящаем Дню лифтовика в РФ. Так как это вам все-таки РФ, а не какая-нибудь там ФР, то празднуется наверняка День военного лифтовика. Военный лифтовик, в отличие от своих двоюродных гражданских собратьев, которые слоняются всюду в синих комбинезонах, имеет вид лихой и свирепый, и может не столько починить неисправный лифт, сколько взорвать его к чертовой бабушке. Несет он свою службу в шахте, которая служба состоит в том, что он сеет ужас и смятение, а то, что его никто не видел, может говорить только о том, что он жутко засекречен и опасен, как бегемот. Одна из наших кухонных работниц клянется, что двадцать лет прожила в браке с одним профессором кислых щей, а когда овдовела, то оказалось, что он был тайным военным лифтером в ранге эскадренного, что ли, миноносца, и пятьдесят человек несли за гробом его ордена и орудия, и мотоциклисты тоже там, и еще какие-то пропеллеры, и конная полиция с мигалками. И хотя это говорит та самая работница, которая на днях с черноморского побережья прибыла, но мы ей всё равно верим. Во-первых, не может же она, в самом деле, все время врать, а во-вторых, это все-таки РФ, тут любым чудесам вод.

Акция: рассольник 32 рубля и рагу из свинины 96 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300

rassolnik.jpg whatsapp_image_2017-02-27_at_104502.jpg

Яндекс кошелек




Страницы: [ 1 ] [ 2 ] 3 [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ] [ 38 ] [ 39 ] [ 40 ] [ 41 ]
Адрес:
г. Астрахань ул.Брестская, 9а. 
GPS: N 46°19.48' E 48°1.7',ул. Кирова, д. 40/1,координаты GPS: N46.343317, E48.037566