Поиск по сайту:
Акции
Опрос
Время проведенное нашим клиентом в очереди не более 6 минут. Вы согласны с этим утверждением?
Да
Нет

Новости

АКЦИЯ 18.01.2021 11:13

Сегодня крещенский сочельник, а это означает, что назавтра грядет праздник Торжества советского народного православия. Это один из тех немногих дней в году, когда неведомая сила снимает советских народных христиан с мест и носит по храмам с винтажными бидонами в руках, заставляя делать испуганные книксены в виду священства, тревожно совершать таинство очереди, мученически подкатывать глаза и шумно вздыхать. Мы не можем в точности указать, где они прячутся в прочие праздники или в обычные воскресные дни. Скорее всего изображают из себя обманутый русский народ, наполняют толкотней лавки и общественные места, разнося всюду благую весть о сакральности очереди, или же точат локти и в перерывах жарят подсолнечные семена, закрывшись на два замка и цепочку в своих домах. Так сложилось, что такого рода публику не касаются обыкновенные гонения, какие время от времени настигают простых христиан, не отягощенных национальным и классовым чутьем. Однако же, смутное понимание необходимости как-то регулировать свою численность, чтобы конец света не наступил, чего доброго, раньше положенного срока, породило идею ныряния в прорубь. Вероучительная основа для этого состоит в том, что купание омывает накопившиеся за год грехи и полностью, таким образом, заменяет собой таинство исповеди. Бог их, в этом пункте, здорово подвел, но советский христианин склонен великодушно делать вид, что этого не замечает. Можно было бы, конечно, ехидно осмеять примитивный художественный вкус и ущербную религиозность, если бы мы хотели рискнуть очередной порцией подписчиков, а самое главное - не испытывали в отношении этих сокровищ жгучую зависть. Нам тоже хотелось бы томиться от восторга при виде ужасающей родины-матери, печатать шаг и более всего, разумеется, омывать совесть в водах. Наш завхоз, например, может все это проделывать с удивительной виртуозностью. Он не только трижды окунается, но и плавает некоторое время, фыркая сквозь усы и подмигивая райтеру, который в это время кутается в шубу и чувствует, как власы его крепнут и поднимаются ввысь. Потом он, как блистательная Афродита, рождается из проруби и на целый год делается свободным от всякой религиозности, за исключением разве что подозрений райтера в протестантизме.

Братии напоминаем, что акция сегодня не про вас, если вы, конечно, хотите оставаться в послушании Церкви. С праздником, наши друзья. Будьте здоровы.

Акция: рассольник 32 рубля, рис 28 рублей, бифштекс с яйцом 61 рубль. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

rassolnik.jpg IMG__20150726__093743.jpg IMG__20160109__143524.jpg

Яндекс кошелек




Акция 11.01.2021 10:19

Из Америки пишут о безобразиях. Пишут, что демократия полезла по швам из-за злостного нежелания республиканцев голосовать за инициативы демократов. Первые, конечно, ехидно прикрываются демократическими процедурами, но всем ясно, что это одно только вредительство и больше ничего. Прозвучало уже даже слово «саботаж». И поделом: дал вам Бог президента, так возделывайте в сердцах своих страх и трепет, голосуйте так, как надо, а как не надо – не голосуйте. Чего уж проще? И у самих нос в табаке, и демократия процветает, и негр, запасшися хлебом, ест добры щи и пиво пьет.

Пишут также о попытке развязывания гражданской войны, о перевороте, о подстрекательствах и прочем ужасном. Действительно, какое-то хулиганье ворвалось в Конгресс, где они страшно натоптали, намусорили и наорали. Полиция на это время попряталась в труднодоступных местах. Этих честных служак даже пытались обвинить в сочувствии трампистам и политизированности, но, нужно отдать им должное, они и слова такого не знают, и вели себя точно так же, как и прошлым летом, когда толпа громила частную собственность, поступая так всего лишь в точном соответствии со своим уставом, общим для полиций всех стран.

Тут все кинутся разыскивать русский след, но, конечно же, не найдут, а вот советских следов и искать не нужно – всюду очень натоптано, а кое-где и нагажено. Не даром ведь в самой американской академии наук уже давно изучаются и применяются материалы августовской сессии ВАСХНИЛ от сорок восьмого года. И напрасно эти чертовы ястребы и гомофобы говорят, что если уж люди выходят на улицы, то это потому, что чувствуют себя несчастными, нечистоплотно намекая на летние смуты. К счастью, как раз на этот случай демократическая партия вооружена мраксистско-ленинской философией и знает, где нога того, кого надо, а где того, кого совсем не надо. Если так дело пойдет, то мы рискуем увидеть превращение демократической партии просто в партию. Руководящую и направляющую силу Союза Советских Штатов Америки. Позакрывают все трампункты, или что там, и заживут наконец свободно и счастливо, без всего озорного кабака с разделением властей или, попросту говоря, без анархии, хаоса и вседозволенности, но зато с пломбиром, балетом и задушевными песнями у костра.

В нашей столовой таких безобразий не бывает. С тех пор, как по нашей молитве человеколюбивый Бог избавил нас от директора, в директорском кабинете засел какой-то похожий на сочинскую мартышку удивительно цепкий тип, упразднил внутреннюю политику, даровал стабильность и отобрал ключ от служебного туалета, который прячет теперь где-то у себя в дупле и выдает только избранным, а остальных стращает санитарной службой. Никто, главное, и не помнит теперь, откуда он взялся. Сначала думали на райтера. Ему, кстати, все время твердили, что отходы его алхимических опытов нужно утилизировать, а не просто выплескивать из лоханки на заднем дворе. Потом думали на завхоза, что это забытый завхозий собутыльник, не помнящий родства. Потом думали на трефового короля или на бубнового валета. После этого додумались до того, что случайно выдумали арбалет. И это был первый случай не только в нашей столовой, но и вообще в истории мирового общественного питания. По правде сказать, мы так испугались, что наперед зареклись думать и с тех пор живем просто, находя пути между трех сосен не столько благодаря здравому смыслу, сколько инстинктам, которые теперь в нас так окрепли, что у некоторых уже выросли хвосты, а коллоквиумы на тему снижения издержек часто заканчиваются предложением подкараулить мадам Курятину, загрызть ее к чертям собачьим, а потом чесаться об косяк. К тому же, как оказалось, арбалет был давно уж придуман, что только облегчило наше погружение в бездну первобытной интуиции. Один райтер не испугался: ах так, сказал, раз так, сказал, то я теперь буду придумывать арбалёт. И так при этом напыжился, что рано или поздно, чего доброго, может придумать эту ужасную штуку, а мировое сообщество проклянет и его, и нас заодно, и гороховый суп, который он, по слухам, планирует использовать в качестве топлива.

Первое время из директорского кабинета доносились только звуки какой-то возни и бормотания. Потом стали пропадать вещи. Завхоз места себе не находил.

- Да что, в самом деле, - наконец сказал он, - пойду сейчас и разузнаю все. В конце концов, я и царям истину с улыбкой говорил.

Встал, поправил на лице улыбку и взошел. Но уже через пару секунд из директорского кабинета послышалось его протяжное «А-а-а-а!», дверь распахнулась, и он вышел из нее неверным шагом, размахивая над головой руками, а сзади, обхватив его за талию ногами, и руками за пышную грудь, прицепился этот жуткий тип и кусал его в шею. Все как-то непроизвольно встали по стойке «смирно» и замерли.

- Ты почему не уволишь это чудовище? – хрипло спрашивал потом завхоз у райтера бледными губами, сидя с забинтованной шеей.         

- Батюшки, - отвечал райтер, - да потому что на это есть масса причинъ! Во-первыхъ, я его не нанималъ, во-вторыхъ, онъ же, гадъ такой, всѣ печати и факсимиле заграбасталъ, въ-третьихъ, это же такая психопатина, что запросто убить можетъ. Не то, чтобы я боялся, но вѣдь и правда можетъ! Голубчикъ, что вы! И, потомъ, онъ же мнѣ разрѣшаетъ обѣдать съ пятидесятипроцентной скидкой, а въ моемъ возрастѣ лишаться горячаго не съ руки.

- Здрасти, Обиссианъ Обиссиановичъ! – приветственно замахал он в сторону директорской двери, из-за которой торчала подозрительно прислушивающаяся голова.

- Ты давай, - сказала голова, - иди отсюдова.

Посудомойки до того были ошарашены искушением завхоза укушением, что теперь все говорят почти только исключительно о любви и мире во всем мире. Каждый вечер устраиваются под окном директорского кабинета с прялками, но совершенно ничего не прядут, а только наперегонки заявляют о желании родить богатыря. Райтер один раз попытался их пристыдить.

- Как же, - сказал, - вамъ не совѣстно, дамы. Вы же замужнiя жены.

Но они потоптались, попереглядывались, а потом зашумели вразнобой:

- Ты давай!

- Иди отсюдова!

- Сказали же тебе!

Райтер только рукой махнул.

Мальчик Матфей начал было вести блог в столовском чате в Whatsapp, в котором перечислял пропавшие вещи, сплетничал и намекал, но Обиссиан Обиссианович совершенно неожиданно подсыпал ему такой гадости в чай, что у него страшно скрутило живот. Понятно, что ключ от туалета он не получил и был вынужден перебежать в конкурирующую столовую, где и коротает теперь жизнь изгнанника, боясь отойти далеко от тамошней уборной.

Просили мы отца Василия Лимпопова окатить Обиссиана Обиссиановича святой водой, в надежде, что последний превратится в чернильницу и уедет жить в антикварный магазин, но батюшка, который явился к нам с забинтованной шеей, объявил Обиссиана добрым христианином и сказал, что он, кроме того, исправно служит в храме подсвечником, и теперь уже положительно решено присвоить этому чину официальный статус с целованием руки и благодатью принятия исповеди у тех закоренелых, которые не желают исповедоваться.

До того дошло, что мы уже посылали депутацию к директору на Воробьевы горы, но обнаружить его там не смогли. Теперь, на тайной планерке, решили молиться о даровании нам директора обратно. Впрочем, столовские затворники и чудотворцы утверждают, что директор уже предпринимает контрмеры и молится в том смысле, что «Господи, не слушай этих дураков, у них семь пятниц на неделе».

Порадовал нас, было, доктор Зеленкин, рассказав про то, что каждое, мол, смертное тело обязано в конце концов обратиться в прах, но тут оказалось, что Обиссиан Обиссианович, при помощи райтерской алхимической лаборатории, произвел на свет своего клона и уже вовсю обучает его обиссианской премудрости. По крайней мере, из-за двери директорского кабинета ясно слышится «Мочи в сортире» и прочее премудрое. Райтер даже сказал:

- Я теперь и самъ ни за что не спрошу ключъ отъ туалета. Боже упаси!

Одним словом, как мы и сказали, хотя над жизнью нашей и тяготеет некоторая порочность, но американских безобразий мы лишены начисто и большинству это уже начало нравиться.

А акцию сегодня мы посвящаем годовщине проведения первой женской автогонки в тысяча девятьсот девятом году. Это что-то вроде восьмого марта, но с автомобильным уклоном. В этот день принято дарить женщинам освежители воздуха, модные краги, паропанковские очки и тому подобные штуки. Только клаксон не дарите. Она наверняка начнет вас будить им по утрам, потому что женская мстительность не знает границ.  

Акция: суп гороховый 17 рублей шницель из курицы 56 рублей и картофель пикантный 20 рублей за 100 грамм. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-12-02_at_095615.jpg kartofel_pikantnyy_2.jpg IMG__20150814__115638.jpg

Яндекс кошелек




Акция 04.01.2021 10:21

Когда речь заходит о ком-нибудь вроде сегодняшнего Невтона, Столовая №100 обнаруживает стремление тихо благоговеть, смахивая, от времени до времени, набрякшую слезу. Это вам в конце концов не какой-нибудь растерзательный тип вроде давешнего Ричарда, вся память о котором, может быть, сводится к тому, кому он надавал по шеям, или кто, извернувшись, навалял ему в ответ, и которого вся и забота состояла только в том, чтобы знай себе сыпать колотушками с утра до вечера, уворачиваться от прилетающих на сдачу, скакать на лошадке, прибивать щиты к городским воротам, карабкаться на крепостные валы и производить прочую суматоху, от воспоминаний о которой Столовая №100 непроизвольно вытягивается в струнку, чего с ее тучностью сделать всегда нелегко, салютует, бросает на воздух колпаки и кричит ура. Невтоновы занятия, в отличие от королевских хлопот, требовали все же не столько стремительного наскока, умения отращивать шикарные усы и навыка ухватывать фрейлин за бока, сколько тишины, известной подвижности ума и обладания некоторыми книжными познаниями. Неправы, стало быть, те, кто утверждает, что в средние века и образование получалось только среднее, а ученые были заняты сочинениями от ветра главы своея.

Тогда еще не произошло водворения в науке гуманитариев и технарей, поэтому ученые мужи имели возможность свободно увлекаться собственно философией, технари занимались прямым своим делом, то есть починкой мостов, взбодрением колоколен и лужением кастрюль, а гуманитарии выращивали иногда уже совершенно леденящие кровь усы и так упорно карабкались на крепостные валы, что проницательные люди уже тогда уверенно предрекали явление на университетский театр Василия Ивановича и призывали к непрестанной молитве. Сегодня эти благословенные времена совершенно канули, а технари и гуманитарии прочно засели в университетах, где первые блуждают во мраке времен, не ведая стыда и древних языков, и занимаются преимущественно проектированием вавилонского столпа, лучшие же из вторых переводят Вергилия, а прочие ищут ключи от республики Божьей на земле или ограничивают свои научные интересы преферансом и хватанием фрейлин за бока.

Айзек Невтон, рождество которого празднуется сегодня, на наше счастье родился на излете средневековья и успел еще уразуметь полезность древних языков. Родился он таким маленьким, что первое время квартировал в овчинной рукавице, откуда несколько раз выпадал, больно стукаясь головой об пол. Вообще, из всех его членов именно на его голову сыпались все уготованные судьбой неприятности. Когда он был школьником, то его постоянно колотили товарищи, стараясь попасть по голове, да и после выпуска на нее без передышки валились различные предметы: люстры, притолоки, гвардейские офицеры, толстые книжки, монашки, фрукты и овощи, нелетающие птицы, вплоть до пингвинов, а однажды — даже свежевыловленный тунец. Дошло до того, что сэр Айзек был принужден носить каску, которую маскировал кудрявым париком. Все, желающие убедиться, могут в любое время взглянуть на невтоновы изображения и увидеть и парик, и несчастное выражение лица, и модный пиджак на пуговицах. Мы уверены, что если бы не эти досадные происшествия, то Невтон уже тогда бы изобрел микроволновку или магнитофон. Завхоз, правда, говорит, что все может быть наоборот, что, именно благодаря постоянным понуканиям извне, невтонова голова проникла в тайны натуры и тому подобное, но это, конечно же, всё пустяки, потому что у него были сводные братья, вполне преестественные дебилы, ровно такие же, как и мы все, и они тоже все время получали по башкам, но при этом, как ни тужились, не смогли изобрести даже бигуди или бельевую прищепку, а более всего интересовались сельскими дискотеками и различением сортов вина и пива.

Кстати же, закон всеобщего тяготения, как известно, тоже был заподозрен в сходной ситуации. Тогда сэр Айзек и его друг Уильям Стьюкли сидели под яблоневым деревом и пили чай. Погода была сухая, тихая и даже мерные звуки разбивающихся о медную каску яблок не нарушали, а только подчеркивали идиллию.

— Удивительно, — сглотнув сказал Стьюкли, — сколько вас знаю, а все никак не привыкну.

— Да уж, — отозвался Невтон. — И — обратите внимание — всё сверху. Никогда, чтобы сбоку или снизу.

— Ну, это уж такой обычай. Что сверху летит, то непременно внизу очутится.

— А вы проверяли?

— Да тут и проверять нечего, — пожал плечами Стьюкли, — сами же говорите.

— Какой же вы после этого ученый? — неожиданно вскинулся Невтон. — Тут нужен эксперимент.

Ради эксперимента установили высокую стремянку и бросали с нее разных родов фрукты, пока не наскучило. Потом поочередно скинули вниз несколько книжек и люстру. Все приземлилось в одну точку.

— Вот, видите ли, уважаемый сэр? — крикнул снизу Стьюкли.

— Пока ничего не вижу, — задумчиво ответил Невтон, — тащите сюда монашку.

Монашка слетела с долгим «о-о-ох», но в остальном поступила по всеобщему обычаю. Гвардейский офицер, прогуливающийся вдоль ограды, вовремя что-то почуял и дал стрекача.

— А теперь видите?

— Да. Теперь вижу. Я, собственно, и раньше уже это предвидел, но просто экспериментировать люблю. Успокаивает это, знаете ли.

— Что?! — вскрикнула монашка.

— Цыц! — цыкнул на нее прославленный физик (Уильям Стьюкли «Воспоминания о жизни Невтона». Лондон, 1752).

Самой главной его работой считаются «Математические начала натуральной философии». Дело было так. В 1682 году во время прохождения кометы Галлея Эдмонд Галлей стал уговаривать Невтона написать книжку про теорию движения кометы Галлея, на что последний совершенно справедливо заметил:

— Ваша комета — вы и пишите.

Тогда хитрый Галлей стал подбивать его сделать книжку про «общую теорию движения», но Невтон был тогда занят алхимическими опытами и добился уже в этом деле некоторых успехов. Во всяком случае, золото в свинец уже превращал довольно уверенно, так и не научившись, впрочем, испытывать от этого удовлетворение. После этого Галлей и еще два бездельника, Рен и Гук, задумали разжалобить Невтона и долго лили в его присутствии слезы.

— Все-то у нас из рук валится, — рыдали они. — Захотели вывести из формулы закона тяготения эллиптичность орбит планет. Уж чего, кажется, проще, а и того не можем. Гук уже искал, где бы матросом записаться.

— Какие же вы все дураки! — раздраженно воскликнул Невтон, но книжку написать обещал, что и исполнил.

— Там, возможно, кое-что экспериментально проверить нужно будет, — сказал он, передавая рукопись. — Так что, на всякий случай, приготовьте монашку.

Опубликовать ее планировалось на деньги Королевского общества, но Общество растратило все деньги на издание трактата по истории рыб. Это было ужасно скучное чтение, наподобие истории астраханского горкома партии. С каждой страницы глядело какое-нибудь усатое рыло и давалось краткое описание свершений, а именно: сколько сие могло бы заглотать рыбешек помельче, если бы милостивый Господь не положил предела его незамысловатому промыслу.

Нетерпеливый Галлей, однако же, вызвался заняться публикацией за свои деньги, был назван «благодетелем человечества» и получил пятьдесят экземпляров «Истории рыб» в придачу. Он потом долго еще ломал голову, куда их пристроить. Наконец свез все пятьдесят штук в ближайший сиротский приют, был назван «благодетелем человечества», но уже значительно суше, а по приходу домой обнаружил пропажу кошелька.

Последние годы Невтон писал «Хронологию древних царств», что сегодня могут себе позволить только наиболее сумасшедшие из натурфилософов, другие же предпочитают не связываться, чтобы ненароком не прослыть сочувствующими гуманитариям.

Конец света Невтон предсказал на две тысячи шестидесятый год. С одной стороны, большинство его прогнозов сбылись, но, с другой, это были такие прогнозы, которые впрямую не касаются до содержания кошельков, тогда как его намерение обогатиться при помощи «Компании Южных морей», которая была финансовым жульничеством наподобие МММ, потерпело полный крах. Поэтому у желающих продолжения мирового бардака есть ощутимая надежда. Хотя монашкам все же рекомендуем приготовиться.

Акция: борщ 48 рублей, котлета по-домашнему 55 рублей и пюре картофельное 28 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300  

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg kotlety_po-domashnemu.jpg whatsapp_image_2019-12-23_at_122946.jpg

Яндекс кошелек

 




Акция 28.12.2020 10:41

Наш бодрый архонт, как стало известно, опять не удержался и ходил на совет нечестивых, уверенно вставал на путь грешных и даже был замечен сидящим верхом на председательском стуле на сборище губителей, из чего можно заключить, что, к сожалению, не столько поучался Господнему закону день и ночь, как мы надеялись, сколько имел другие, менее благочестивые упражнения. Понятно, что это не вызвало у нас удивления, и тому есть множество объяснений. Во-первых, мы уже давно тут проживаем и насмотрелись всякого, во-вторых, исповедуя христианскую веру, по себе знаем, как трудно бывает устоять на правой стези, в-третьих, наиболее ветхие из наших читателей могут помнить, что мы еще во время оно вместе с Кассандрой предсказывали, что пускать в кремль этого деревянного коня не следует. То есть, конечно, Кассандра предсказывала, мы таким даром не обладаем. Но все-таки и мы тоже ходили там, громко били в барабан, раздирали одежды и вообще аккуратно делали все то, за что Госдеп даже денег не платил. Собственно, тогда и речи о Госдепе не было, а тем паче о его наклонности платить деньги. Эти разговоры начались как раз после того, как нас с Кассандрой никто не послушал, и с тех пор мы все ждем, что эти наглецы начнут развращать нас своими гнусными подачками, но они покуда медлят, а мы со своей стороны тоже не намерены губить родину задаром. Только за соответствующее вознаграждение. Интересно, что когда директор произносит это словосочетание, то делает ударение на первом слове. У него это солидно получается, основательно, и вообще ему это очень идет:

— Соответствующее! Вы слышите? А? Они слышат?

— Да поняли мы, поняли, — раздается с западной стороны, — соответствующее. Чего тут непонятного-то?

Райтер же более выделяет второе слово и как-то так при этом суетится и нервничает, что мы почти уверены в его способности погубить родину за чечевичную похлебку. Пока, конечно же, мы за ним приглядываем, но вы только вообразите себе, что Госдеп как-нибудь возьмет, да и пришлет ему банку консервированного супа, причем сделает это не из обыкновенных своих огнедышащих устремлений, а просто в рамках какой-нибудь программы по поддержанию штанов безвестных копирайтеров или перепутав райтера с пандой. И мы, вдобавок ко всему, в этот самый момент отвлечемся, отвернемся или пойдем в уборную, что мы, кстати, уже неоднократно делали. Что при таком стечении обстоятельств может произойти — об этом страшно подумать. Наверняка все скрепы падут, и родина вместе со всеми ее КГБ, генеральными линиями, бомбами и пистолетами возляжет в руинах, совершенно погубленная понедельничной акцией Столовой №100. А на обломках будет сидеть райтер, болтая в воздухе ногами, с банкой супа в одной руке и ложкой в другой:

— Чего-то все развалилось. Что случилось-то? Куда всѣ подѣвались?

А потом еще и Госдеп очухается:

— Черт, это не панда, а какой-то местный гад! А ну, отдавай суп, самозванец!

Но, возвращаясь к нашему властному старичку, нас здорово обескуражила его реплика, смысл которой всегда подразумевался, но высказывался преимущественно с глазу на глаз, а чаще заменялся обыкновенными советскими подмигиваниями. Было время, когда в стране кипела такая суматошная деятельность, что и подмигивать не было нужды. Даже стали нарождаться младенцы, которые еще во чреве матери постигали всю премудрость и, родившись, обнаруживали стремление рассчитаться на первый-второй или как-то иначе засвидетельствовать свою лояльность чекистскому начальству. Наиболее умные из младенцев прямо обращались к статистике, вписывали себя под рубрикой «детской смертности» и — со святыми упокой. Потом, с торжеством весьма относительного вегетарианства, младенцы обнаружили к своим услугам подмигивания, а после, когда им даже предоставили свободно рассеиваться по сторонам света, и самые подмигивания воспринимали уже просто как дань традиции. Наиболее забубенные младенцы, впрочем, и тогда поговаривали, что вот, мол, ужо, не для того нам разрешили узы, чтобы мы глупо скакали туда и сюда по просторам, но только ради отделения овец от козлищ, но их не больно-то и слушали, а именно что глупо скакали, поднимая пыль и крутя теми хвостами, какие кому предоставила натура. Некоторые поначалу в местах своего рассеяния пробовали подмигивать аборигенам, но те, имея собственные традиции, так бесшабашно улыбались в ответ, что подмигивания окончательно были вытеснены в область беспокойных сновидений и пьяных слез.

И тут наш несгибаемый геронда начал шевелить нижней мандибулой, вселяя в нас уверенность, что собирается чихнуть или просто, растворив на время рот, мирно посидеть, как это вообще в ходу у пожилых людей, но он вдруг взял и брякнул: «Если бы уж хотели, то довели бы до конца». А если вспомнить, что речь перед этим шла о покушении на убийство, то под «концом» следует понимать вызуживание человеческой жизни. То есть напрасно мы игнорируем подмигивания, ведь оказывается, что все наши жизни теплятся в чистых чекистских руках, а их продолжительность зависит только от того захотят или не захотят. Причем, что особенно пугает, и продолжительность жизней, и продолжительность чистых рук. Только подумать, что все наши женитьбы, крестины, покупки модных пиджаков, изготовления блинов, переливания из пустого в порожнее, интриги, блуждания, выращивания сынов, подкарауливания, скрадывания и многое другое, что составляет ткань нашей жизни, осуществляется только потому, что где-то в грязноватом казенном кабинете, под портретом Феликса Дзержинского сидит сердитый хлыщ, который покуда не захотел. Да и не захотел-то, может быть, только оттого, что мы ему пока на глаза не попались, и эта беда ожидает нас в любой момент наших обыкновенных блужданий.

— Эт-то что такое? — вдруг раздастся над ухом. — Кто это такое тут между трех сосен хороводы водит?

Кто поручится, что в этот самый момент он вдруг не захочет довести дело до конца? Премудрые младенцы, впрочем, тотчас подхватили эту сутру и проповедуют на углах улиц чекистское изящество:

— Вот, — говорят, — каков наш дедушка! Хотением не хочет смерти грешника, но еже обратитися и живу быти ему! Но если уж захочет, мужи и братия, то не прогневайтесь: не спасется никакая плоть.

Одним словом, как говорила наша знакомая старенькая немка своему внуку: «Ах, Фолодья, Фолодья! Польшая ты стфолочь».

Однако, раз уж этот текст выходит под новый год, а наши компатриоты почитают это время «святым» и желают каких-нибудь утешений, мы напоминаем, что лицемерие — это дань, которую зло платит добродетели. Иными словами, раз уж наш архонт заиграл как уж на сковородке, то есть надежа на то, что в глубине души и он считает человекоубийство делом стыдным и греха боится больше наказания.

А акцию сегодня мы посвящаем международному дню кино. Не знаем уж, насколько это радует международную общественность, но так как отечественному кину уже более ста лет, мы бы хотели уже увидеть титры.

А тем, кто опять скажет, что столовая должна только жарить и парить, отнюдь не увлекаясь политикой, ответим, что никакой политики в России нет уже сто лет, а есть одна уголовщина. Увлекаться же уголовщиной столовым разрешается. Некоторые и в отравлениях знают толк, между прочим.

Акция: суп куриный 17 рублей, куриная грудка с помидорами 96 рублей и на гарнир рис 28 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300  

sup_lapsha.jpg IMG__20150814__134019.jpg IMG__20151115__101702.jpg

Яндекс кошелек




Акция 21.12.2020 10:08

Ирландцы сегодня пьют с особым остервенением, потому что двадцать первого декабря празднуется день, когда короля Ричарда по прозвищу Львиное Сердце пленил простой герцог Леопольд, который и приличного прозвища не удостоился. Жена иногда в сердцах называла его «собачий хвост», но это, понятно, не носило регулярного характера и к тому же делалось на дремучем венгерском языке, поэтому Леопольд предпочитал считать, что не имеет вовсе никакого прозвища. Проживал он в городе Вена и считался там чем-то вроде поп-звезды, то есть с его появлением все начинали ликовать, а с уходом — просто продолжали жить и поживать как ни в чем не бывало.

Мы, честно сказать, думали, что вся история с пленением Ричарда произошла запросто и даже с пасторальными интонациями. Ричард видел Леопольда, Леопольд Ричарда пленил. То есть Ричард шел к себе домой в красных чулках, как лапчатый гусь, а проходя мимо Вены почувствовал, как на него из-за угла набросился Леопольд, повис на плечах и закричал что-нибудь вроде: «Ага, попался, гад ползучий!». А Ричард от страха жалобно заклекотал: «Пустите!». А Леопольд, мол: «Сдавайся!». А Ричард: «Английские не сдаются!», потому что, во-первых, уже взял себя в руки, а во-вторых, некоторые ученые действительно думают, что именно он изобрел эту фразу, а вовсе не политрук Хусейн Андрухаев. А Леопольд тогда: «Трымай его, хлопцы!», а Ричард такой: «Ой, да ладно, ладно». Потом этапы в замок Трифельс, во время которых Ричард обучился сидению на корточках, плеванию сквозь зубы и песне «Мой папа Ленин, а мать Надежда Крупская», которую жалостливо пел, подыгрывая себе на лютне. После водворения в Трифельсе, конечно же — письмо мамаше в Лондон и ее ответ, в котором она заявила, что, мол, мы золото на королей не меняем и «у нас пленных нет, а есть одни сплошные предатели, с которыми мы всю жизнь и мучаемся ps золота тоже нет».

Но оказалось, что все это горький плод нашего воображения, отягощенного советским воспитанием, а на самом деле там был целый шпионский детектив с переодеваниями, погонями, конспирацией и прочим. Сначала, когда Ричард еще плыл на корабле, ему сообщили, что все европейские монархи чего-то на него взъелись и ищут, чтобы схватить. Тогда Ричард повернул судно и высадился в Рагузе. Там он немедленно навязал на подбородок мочало, назвался купцом по имени Гуго и отправил местному начальнику Мейнхарду подарки с просьбой разрешить ему, Гуге, проследовать подобру-поздорову до Альп. Потом подумал и спросил второе мочало, возложив его себе на голову. Мейнхард поначалу ничего не заподозрил, но после, когда во время распаковывания подарков ему в глаза блеснуло золото, начал подозревать за троих. Дело в том, что обычно купцы присылали ему чалку воблы или мешочек изюму, а тут — золото! Он тут же сел и написал своему брату Фридриху письмо с просьбой схватить мнимого купца, которого можно легко узнать по мочалкам на голове и который называется Гугой, хотя никакое он и не Гуго, а сам Ричард, милостью Божьей король Англии. Почему он сам не стал никого хватать, этого мы не знаем. Завхоз, впрочем, объясняет это тем, что тогда среди начальства еще встречалась совесть, и взятка налагала некоторые обязательства.

Фридрих в это время был занят, потому что вообще был занятым человеком, и призвал своего рыцаря Роже Аржантона.

— Ты ведь у нас разбираешься во всяких английских штучках? — спросил он у Аржантона.

— Помилуйте, — ответил тот, — да я тут самый отъявленный англоман.

— Вот-вот. Стало быть, получай приказ все обыскать и арестовать торговца мочалками Гуго, который выдает себя за английского короля, или как там? Короче говоря, вот тебе письмо от Мейнхарда, он в нем все подробно излагает.

Нужно ли говорить, что когда Роже Аржантон нашел Ричарда, то только спел с ним на два голоса «God save the King» и снабдил его картой местности.

После этого Ричард с двумя спутниками отправился в сторону Вены и остановился в местечке Гинана. Там один из слуг, который умел говорить по-немецки, пошел на рынок за провизией, но навлек на себя подозрение тем, что хотел расплатиться византийской монетой, о которой в этой местности не слыхивали.

— Что это за человек такой? — судачили аборигены между собой. — Сует какие-то сольдо и постным днем мясных щей спрашивает.

— Подозревают, — доложил слуга по возвращении. — Надулись, как мыши, и смотрят с прищуром.

Тогда оправили на рынок другого слугу, который немецкого не знал.

— Деньгами не сверкай, — напутствовал его Ричард, — все необходимое постарайся спереть, от греха подальше. На вопросы улыбайся и кивай.

Все было исполнено в точности, но Ричард, однако, не учел того, что слуга был с ног до головы покрыт королевскими гербами, чем себя и выдал, а его, в свою очередь, убедили выдать короля. Потом Ричард был передан императору Генриху, сыну знаменитого Фридриха Барбароссы, и круглые сутки окружен охраной, которая не давала никому к нему приблизиться, хотя с ним желали повидаться, в частности, епископ Гуго Солсберийский и канцлер Уильям Лонгчамп.

— Спасибо, ваше дурацкое величество! — крикнул под окнами епископ. — Мне теперь по вашей милости носу нельзя в Рогозу показать.

— А что бы вы думали? — обернулся он к канцлеру. — Хотел с семейством на море съездить, а как там услыхали, что я Гуго, так еле ноги унес. Еще и мочалку отобрали.

На специально созванном собрании, которое происходило, наверное, в Нюрнберге, Ричарду зачитали очень длинный перечень его преступлений, который оканчивался словами: «…а также многократно называл крестоносцев из Германии «колбасАми"», и назначили выкуп в сто пятьдесят тысяч марок.

— Имеются у вашего величества такие деньги? — строго спросили у Ричарда собравшиеся.

— Мамаша соберут, — беспечно махнул рукой тот.

Мамаша, и правда, никаких жмотных писем писать не стала, а собрала деньги, и четвертого февраля следующего года располневший в плену Ричард был освобожден, но это уже другой праздник, в честь которого к ирландцам, в их беспробудности, присоединяются еще и англичане.

А акцию мы посвящаем всем тем, чьи проделки уже были вписаны в книгу живота, но, благодаря предприимчивости близких, вменены в доблести. Акция: борщ 32 рубля и плов 28 рублей за 100 грамм. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg img__20160331__101354.jpg

Яндекс кошелек




Акция 14.12.2020 10:03

Четырнадцатого декабря всеми финансистами мира празднуется чудесное избавление их коллеги Джона Ло от неприятностей. Нужно сказать, что тогда, в начале восемнадцатого столетия, финансисты были еще в диковинку, но обыватели уже старались их побольнее прибить или, по крайней мере, подбросить какую-нибудь колючку на стул, плюнуть в суп или же крикнуть вслед что-нибудь обидное, чуя в них свою неминучую погибель. Финансисты, впрочем, тоже в долгу не оставались и с утра до вечера выдумывали разные ябеды, прямо имеющие целью пресечение рода человеческого. Джон Ло, кроме того, приобрел довольно страшный пистолет и ездил всюду в со всех сторон зашторенной карете и только поводил носом из-за занавески. Жена его, между тем, обходилась без пистолета.

— Послушайте, — говорил Ло, — будемте же, наконец, честны. Вы видели, в какой карете мне приходится передвигаться? Того и гляди, господа парижане начнут за колеса хватать. А эта женщина только на рынок на общественном транспорте ездит, а в лавочку и вовсе пешком ходит. Зачем же ей пистолет?

— Пуркуа? — добавлял он из опасения, что его не поймут.

Наружность сей Джон имел приятную, рост видный, а одевался по моде. Лицо он густо пудрил, на голове имел парик, на шее — платок, на ногах — чулки и башмаки с пряжками. Словом, располагал тем самым видом, в каком теперь надлежит сидеть в очереди к участковому терапевту, призывать дух Сталина или заниматься проповедью еретических учений в церкви и ее окрестностях.

Это сейчас финансисты возлюбили пиджачные пары и галстухи, а тогда они еще не определились с тем, в каком именно костюме им надлежит устраивать свои фокусы. Некоторые пытались прельстить воображение публики при помощи чалмы, турецких штанов и в таком виде являлись в казначейство. Их, однако же, уже после первого опыта с «Волшебной тройкой» и не дожидаясь демонстрации «Чудесного кармана», брали за нос и выводили вон. Другие, более прямые и пылкие натуры, во избежание неоднозначных толкований и прочих недоразумений надевали темные полумаски, шелковые перчатки и с порога заявляли: «Руки вверх!». Их карьера тоже была изменчива и подвержена разнообразным случайностям. Ну а третьи, таковые как Джон Ло, просто модничали и, когда говорили, что им нужно удалиться, чтобы попудрить носик, то понимать это нужно было именно в том смысле, что вот они сейчас встанут, достанут из кармана бронзовую пудреницу и будут в продолжении некоторого времени натурально пудрить нос.

Прежде чем прибыть в Париж, Джон Ло предлагал свои услуги шотландцам и англичанам, но первые, как оказалось, были горцами не только по месту жительства, но и начинали ужасно ругаться, когда речь заводилась с использованием сложносочиненных предложений, а вторые резонно ответили, что такое диковинное дело, как нечаянное озолочение, надлежит проверить на каком-нибудь таком народе, которого не жалко. Потом он даже привязался к маленьким лигурийцам, которые сначала упорно делали вид, что являются сказочным народом и не ведают, что творят, потом кричали: «Отчепись, демон», а когда поняли, что он не отстанет, то скинулись, купили ему билет в Париж, а после говорили друг другу: «Дешево, братцы, отделались».

В Париже Джон Ло застал мерзость запустения, короля-дошкольника и Орлеанского принца Филиппа в виде исполняющего обязанности короля Франции, который был удивительно похож на райтера, когда директор уезжает куда-нибудь по директорским делам. Другими словами, важно прохаживался взад и вперед, шумно обедал и делал ручкой подданным. Казна при нем тоже оказалась пуста, причем, пуста такой в некотором роде буддийской пустотой, которая даже нуждалась в постижении. Принц Филипп, впрочем, как теперь и райтер, этим не слишком затруднялся и утверждал, что самое главное в этом деле — безмятежность и известный режим, а остальное как-нибудь само собой образуется.

— Были бы кости, как говорится, — благодушно подмигнул он Джону.

С тех самых пор Джон Ло начал свою махинацию. Сначала он открыл акционерное общество и начал печатать деньги. Публика была в восторге. Все вокруг отчаянно забегали, что дало повод объявить об оживлении национальной экономики. Бегали, правда, в основном за Ло, в надежде получить подписку на ценные бумаги. Но, как бы то ни было, бегали, а это само по себе считается хорошим экономическим признаком. За углом даже появился черный рынок, где черные люди с черными душами перепродавали акции из-под полы. Благо тогдашняя мода это вполне позволяла.

Потом была создана «Миссисипская компания», которая построила Новый Орлеан, но обеспечить массовый исход французов на новые квартиры не смогла, и принц Филипп был вынужден тайно заселять его ворами, проститутками, бродягами и прочими представителями свободных профессий. Впоследствии у них там завелись уже собственные воровство, проституция и бродяжничество, и ответственных за это лиц постарались выдавить подальше на запад от Нового Орлеана, где снова выявились воры и иже с ними. Их отправили на Гаити, и одно время французы всерьез опасались, что эта ватага может сделать круг и прибыть во Францию с востока. Произошло это или нет — мы не знаем, однако же нам известно, что примерно с середины девятнадцатого столетия Францию потихоньку стали заполонять какие-то темные личности.

Кончилось все тем, что один жадноватый принц решил поменять свои бумаги на золото и приехал в банк на трех телегах. Ему, конечно, шиш дали, но за ним приехали другие, третьи, прочие и даже такие, у которых и акций-то никаких не было, но они, повинуясь общему переполроху, тоже срывались с места и часто приезжали с семьями и походным самоваром, который воинственно дымил и пускал в небо искры. Теперь тоже бегали за Ло, но он уже не считал это признаком оживления эки химичат, приготовляя бомбы, а принц Филипп объявил, что не может поручиться, что Джона не повесят в том случае, если первыми до него не доберутся мушкетеры на своих кусачих лошадях.

— Повесят, как пить дадут, — весело говорил он Джону. — Я этих каналий хорошо знаю. Эх, да что там, я бы и сам тебя повесил, хоть ты мне и друг, но желаю войти в советские учебники истории ленивым и слабовольным типом.

— Да как же это вы так говорите «повесят»? — обмирал Джон Ло. — Погодите, я тут еще ипотеку изобрел, сейчас расскажу.

Но тут уже и кроткий, по роду своей профессии, кардинал Франции попытался поджечь его спичкой, а когда это у него не вышло, то окатил святой водой.

Провожал Джона Ло один принц Филипп. Он неплохо заработал на джоновой махинации и при прощании троекратно расцеловал его и перекрестил на дорогу.

— Так тебе и надо, жулик, — сказал он смахивая слезу, — ну, с Богом. Жену я тебе вдогонку пришлю, если ее, конечно, не растерзают. Хотя что ей будет-то? Она же на рынок только ездит, а в лавочку и вовсе пешком ходит.

После этого Джон Ло уехал в Венецию, где простудился и умер от пневмонии, что очень подозрительно.

С тех пор каждое четырнадцатое декабря малопьющие, в общем-то, финансисты выпивают рюмку-другую в воспоминание того, что и в финансовом деле бывают чудеса, когда несомненная виселица может заменяться пневмонией, на что и последние события дают им возможность надеяться с некоторой твердостью.

И акцию сегодня мы посвящаем всем тем, кто смог избегнуть огня, хотя бы даже и ценой попадания в полымя. Акция: суп гороховый 17 рублей, шницель из курицы 56 рублей и на гарнир рис за 28 рублей порция. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-12-02_at_095615.jpg img__20160325__142954.jpg IMG__20160109__143524.jpg

Яндекс кошелек




Акция 07.12.2020 12:15

Колумбийский университет, дай им Бог здоровья, выложил в свободный доступ воспоминания русских эмигрантов первой волны о революции.

https://dlc.library.columbia.edu/catalog?utf8=%E2%9C%93&search_field=all_text_teim&q=Radio%20Liberty

Там люди очень разных политических убеждений, состояний, национальностей и религиозных предпочтений рассказывают о своих обстоятельствах в те годы, впечатлениях и прочем. Мы, по правде говоря, заслушались и позабыли про все на свете.

Да, кроме того, и календарь не удосужился представить ни одного дельного повода. Вообще в мире сегодня празднуют гражданскую авиацию, в РФ, конечно же, воинскую, а в Турции проходит фестиваль кружащихся дервишей, но мы об этих предметах знаем очень мало. Про дервишей же и вовсе думали, что всякий мужчина, надев юбку, поневоле начинает кружиться, подмигивать, капризничать и вообще скандалить. Там, правда, все оказалось несколько сложнее: в старинные года кружились ради налаживания связи с Богом, которая в исламских землях всегда была не слишком надежна, а сейчас, с усвоением понятия об ипотеке, кружатся так, ради злата и иногда ради мира во всем мире. Словом, со своей стороны мы можем с уверенностью сказать только то, что действительно кружатся, и предположить, что их при этом немножко тошнит. Кроме прочего, лично, мы знакомы только с одним кружащимся дервишем, и это наш администратор, но она совершенно девальвировала понятие фестиваля тем, что кружится круглый год, иногда пренебрегая юбкой, а зрителем имеет одного только райтера, которого немножечко тошнит.

Для тех же из наших читателей, которым непременно хочется знать о происходящей в Столовой №100 канители, сообщаем, что райтер возложил на себя знак какого-то неведомого райтерского ордена и очень этому рад. Думаем, что тем, кто когда-нибудь давал ему денег, также будет любопытно узнать на что он их тратит. Это не золотообрезной Гоголь и даже не коммунальные услуги, а вот это.  whatsapp_image_2020-12-07_at_121239.jpg

Акция: суп гороховый 17рублей, картофельное пюре 28рублей и  оладьи из печени 52 рубля. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-12-02_at_095615.jpg ol.jpg whatsapp_image_2019-12-23_at_122946.jpg

Яндекс кошелек




Акция 30.11.2020 10:34

Искусством выдачи старого райтера за нового мы владеем в совершенстве. Сто раз это делали. Он и сам это умеет, но применяет всегда только в своих матримониальных поползновениях и прочих сходных, которые можно легко назвать гривуазными, когда начинает сучить ногами, в упор лорнировать, бесстыдно картавить и опрыскиваться с ног до головы духами. Ему, впрочем, как лицу чуждому занятия должностей дозволяется распускать хвост, и даже тень беспокойного Харви Ванштайна счастливо обходит его стороной.

В этом ему крепко завидует Василий Иванович, которому, прежде всех дел, следует интересоваться зачетной книжкой, темой диссертации и тому подобной скучной ерундой. Здесь мы чувствуем необходимость сделать небольшое отступление, чтобы порадоваться вместе с читателем нравственной высоте Василия Ивановича, которая высится где-то в хтонической глубине его души. Ведь он совершенно искренне и, нужно признаться, что совершенно справедливо полагает свою университетскую паству состоящей в крепостном звании, но и за всем тем, прежде чем ухватить, старается внушить приязнь, приплетает зачем-то ныне покойного Платона, рассуждает о прихотливости хохломской росписи и вообще городит огород. И делает это не потому, чтобы имел какое-нибудь низменное пристрастие к игре в кошки-мышки, но из убеждения, что раб не только должен быть угоден во всяком деле, но и обязан смотреть при этом весело, отнюдь не унывая.

— А этот-то, посмотрите-ка на него, — ворчит он по поводу матримониальных маневров райтера, — ишь, расподмигивался. Того и гляди, глаз сейчас отвалится.

Между тем, наши представления не грешат против седьмой заповеди, да и толку в них больше. Достаточно сказать, что не так давно мы настолько успешно подновили нашу старую Говядину, что выдали ее замуж за охранника супермаркета — усатого молодца, под эгидой которого все мы находимся, когда покупаем кефир или же сосиски, а может быть, даже и целый батон колбасы, каждый то есть в меру своих представлений о роскоши. Именно в этот момент он, незаметный для глаз и выдаваемый только тонким запахом потничков, содержит нас под колпаком, нетерпеливой рукой сжимая в кармане наган с красной звездою на рукоятке. Мы уверены, что когда-нибудь его заменят роботом с красным глазом во лбу, но и того снабдят наганом со звездой. Говядиной мы, впрочем, про робота не стали ничего говорить, чтобы не заставлять слишком рано сожалеть о загубленной жизни, и упросили не менять фамилию, чтобы окончательно не смешать ее с Курятиной, а более всего, остерегли брать двойную, потому что ее охранительный муж носит, к сожалению, наименование «Ходячий», и иметь в штате столовой Говядину-Ходячую — это уж будет совсем как-то не по правилам, а кроме того, и довольно страшновато.

После всего сказанного можете себе представить, с какой ловкостью и даже изяществом мы выдаем старого райтера за нового.

— Что-то он выглядит не слишком подвижным. Он всегда у вас такой вяленький?

— Ну что вы! Обычно, он подобен младому макаку: любопытен и предприимчив. А сейчас просто спит, отдыхает и готовится к новым проделкам.

— Да нет! Видите, он взгляд с вас на меня переводит и книжку в руках удерживает.

— Снится, должно быть, что-нибудь эдакое, только и всего. Опять-таки, вы подумайте, если он в сонном виде такие чудеса показывает, то что же будет, когда воспрянет?

Мы даже в кремль телеграмму слали: давайте, мол, вашего Армузда за Оримана выдадим? Мы, мол, умеем. Но они отказались. Не до ваших выкрутасов теперь, сказали. Мы тут его, на свою голову, домашним способом обнулили, перегрузили до того, что у него новые зубы полезли, и теперь он ими клацает.

А акция сегодня посвящается Дню защиты информации. По этому поводу райтер надиктовал некоторые враки, которые ниже мы и размещаем:

Ну всё, люди добрые, кажется, достукались мы с этими праздниками. А всё проклятый День защиты информации. Директор-то наш, батюшка, еще третьего дня начал к нему готовиться, и совершенно неизвестно как, но только так изготовился и со всех сторон защитился, что сидит теперь и только глазами хлопает. И пахнет не то луком, не то водкой, во всяком случае, те специалисты, которых мы приглашали, нюхали и в конце концов сказали: «Черт его знает. Вроде бы, то есть иногда, как будто бы, что и луком, а другой раз, что ли, водкой» Даже денег не взяли, сказали, что потом, по почте счет пришлют. Хотели мы при нем бабу оставить и по делам отбыть, но тут оказалось, что баба до ужаса боится таких защищенных директоров и оставаться с ним одна не желает. Мы ей сказали, что ничего тут страшного нет, а она нам на это: «Да? А чего вы сами-то с ним не останетесь?» И на это мы уже не нашлись что сказать. Поэтому просто зачехлили негодяя, прикрепили табличку «Не вскрывать» (а то были случаи), окропили святой водой и оставили до вторника, в надежде, что ко вторнику весь этот дурацкий праздник выветрится. А ведь мы-то еще хотели в честь Дня защиты информации про акцию ничего не писать. Раз уж, мол, такой великий день настал, то пусть сами догадываются, а мы слова не скажем. Но теперь уж дудки, слушайте все, ничего не утаим. Акция такова : борщ 32 рубля, рыбная котлета 52 рубля и гречка 28 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg Р.jpg IMG__20151212__104257.jpg

 

Яндекс кошелек




Акция 23.11.2020 10:27

Райтер подорвал столовский бюджет тем, что купил акварельные краски — коробку с маленькими, завернутыми в разноцветные бумажки кубиками. Уличающий кассовый чек он лукаво подмешал в стопку подобной же литературы, где-то между свеклой и стиральным порошком, но всё, конечно же, всё равно раскрылось, тайное сделалось явным, а махинатор бы схвачен за его ехидную руку.

— А какъ? Какъ, по-вашему, законопослушный гражданинъ долженъ праздновать акварельный день? — нахально оправдывался он, пока завхоз мял его схваченную руку.

— Ах ты бесстыдник! — рычал завхоз. — Да законопослушный гражданин уже лыка не вяжет к этому времени, а только сидит и благоухает. Вот как законопослушный гражданин поступает, и поэт точно так же поступает, и жучок, и червячок, а я с тобой тут вожжаюсь в светлый-то праздник, в акварелев день!

— А я всегда говорил, — сказал директор. — Что, бишь, я всегда говорил?

— Горячее едят подьячие, а голодные съедят и холодное, — без раздумий рапортовал завхоз.

— Чего? Нет, не то. И когда это я такое говорил?

— Ну, не знаю. Часом с квасом, а порю и с водою?

— Да что это ты, взбесился, что ли? А, вспомнил. Надо всегда календарь накануне читать, чтобы вовремя пресекать поползновения этого хлыща, вот как я всегда говорил, а вовсе не про подьячих.

Продавец красок сказал, что коробка с акварелью имеет все признаки вдохновенного товара, и хотя бы по слову Пушкина, и может еще кое-как продаваться, но уж возврату никак не подлежит. «Никак», это мы цитируем со слов райтера.

— Къ тому же, — добавил он, — торгующiй говоритъ, что художники — все народъ взбалмошный и скорый на расправу: навѣрняка уже и коробку истерзали, и краски позанюхали, а онъ, со своей стороны, обремененъ семействомъ и налоговыми подьячими и чуетъ въ себѣ модную болѣзнь. Въ общемъ, плакали наши денежки.

Становилось ясно, что единственный способ по-христиански провести акварелев день — это предоставить райтеру злодействовать в меру его представлений об акварельном деле, но и тут вышел пердимонокль. Впрочем, у директора, который обладает положенным ему по должности даром предвидения, это удивления не вызвало. Райтер устроился по-китайски на своем матрасике, нарисовал какую-то ветку с цветками и маленькой крылатой козявкой, потом спалил все на свечке, а сделал ли он это от стыда за свои рисовальные способности или повинуясь какой-нибудь восточной мудрости, этого мы сказать не можем.

Мы уже совсем было собрались отправить в Общество русских акварелистов поздравительную телеграмму, всем прочим пространно разъяснить, что не всякий понедельник надлежит обедать в честь праздника, иной раз это можно делать просто ради утоления голода и продления жизни (директор даже от себя хотел жестоко добавить, что не всё-то коту масленица, и развести руками), а самим затихнуть в ожидании следующего понедельника, но тут нежданно-негаданно пришли вести из Екатеринодара.

С тех пор, как московские слесаря переименовали кубанскую столицу в пошлый Краснодар, оттуда стали доноситься только глубоко провинциальные вести об умолотах, зяби и подобных озимых. А тут вдруг оказалось, что краснодарские вертухаи не только цапают кур за копыта, но и не чужды покушений на прекрасное, а в свободное время вовсю лепят скульптуру, украшая родной город и повышая его туристическую привлекательность. В этот раз они преподнесли оторопевшему обществу памятник участковым, слепленый с реально бытовавшего участкового, который пал в борьбе с компатриотами.

Памятник представляет собой фигуру участкового vulgaris, выполненную в натуральную величину, а так как этой величине натурально недоставало величия, то поставленную на небольшое возвышение. Ровно такое, чтобы, с одной стороны, никому не пришло в голову наплюнуть ей на макушку, а если бы и пришло, то предстоящая возня со стремянкой отвратила бы от этого намерения, а с другой, чтобы соблюсти щекотливую вертухайскую субординацию, очень чувствительную к разного рода возвышениям. По бокам у фигуры устроены кармашки канонических размеров, без которых ни один участковый не допускается к исполнению куроцапских обязанностей. Верхние конечности плотно прилеплены к туловищу, чтобы упростить процесс изготовления, уложиться в одну отливку и удешевить проект, что говорит о том, о том самом, короче говоря, что и стремление к прекрасному не дает позабыть о преимущественных правах тех самых канонических кармашков. Нижние свидетельствуют о том, что в одной из них был устроен литник, в другой — выпор, а в натуральном виде они служили хозяину для верховых прогулок на ослике, потому что о лошади, при таких статях, конечно, не могло быть и речи. Венчает фигуру грибная шляпка. Сделано это, очевидно, для того, чтобы в случае чего фигуру можно было бы установить в детском парке под рубрикой какого-нибудь сказочного персонажа. В пользу этого предположения говорит то, что в персонаже уже и теперь угадывается много сказочного, а случаи, преследующие вертухайское сообщество, весьма неожиданны и многообразны.

Сначала мы много удивлялись тому, как ловко, по полустертым дагерротипам, автор восстановил облик былинного участкового, но потом прочитали интервью с внучкой героя и все поняли. Там она признаётся, что всегда хотела во всем быть похожей на дедушку. Для этого она поступила в дознавательный институт и закончила его по курсу обысков и обшариваний. Со временем ей удалось отрастить пригодные для верховых прогулок на ослике ножки, вместительные кармашки, а на голове устроить солидную плешь. Даже видавшие виды дедушкины сослуживцы при виде ее вздрагивали и говорили:

— Как же ты на дедушку-то похожа, бедное дитя.

В конце концов именно она любезно исполнила приказ позировать для памятника, но, конечно, без грибной шляпки (её приделали позднее).

Со своей стороны, хотим заметить, во-первых, что если прототип положил живот за други своя, то приобрел этим у Бога мученический венец, а в грешной юдоли мог бы сподобиться и чего-то более достойного. Даже мы, известные своим настороженным отношением ко всякого рода участковым, считаем, что мертвые участковые могли бы уж надеяться на забвение в начальстве приоритета канонического кармашка. Разумеется, временного, только в уважение мученичества своих бывших подчиненных. А во-вторых, что недалёк тот час, когда на выделенные деньги они просто сопрут из краеведческого музея степную бабу и установят с нужной случаю аннотацией. И банальность этого не затмит даже то, что и в этом случае отыщется внучка, которая как две капли воды.

— Ну вот, — сказал директор. — Как это там говорится?

— Горячее едят подьячие? — неуверенно промямлил завхоз.

— Да что ты привязался со своими подьячими? Нет, я имел в виду, что одуреть можно. А акцию всё же приличнее будет посвятить дню акварели, тем более, что мы, райтерскими трудами, к нему причастны.

Истинно всякое слово из уст директорских, поэтому акция сегодня посвящается акварелическому дню. Все, кто хоть раз в жизни лизнул акварель или хотя бы гуашь, могут ожидать скидку, при наличии, само собой, скидочной карты. Кстати же, директорское «одуреть можно» было воспринято как разрешение, и все решительно одурели. Большинству из нас даже стараться не пришлось, просто живём своим чередом.

Акция: суп куриный 23 рубля и макароны по-домашнему 60 рублей. Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

 

— Тут телеграмма пришла из Общества русских кавалеристов, — доложил завхоз. — Благодарят за поздравления, хотят приехать всем обществом обедать. Интересуются овсом.

— Скажи имъ, что это ошибка, — лениво ответил райтер. — Сегодня день акварелистовъ. Такъ что, пусть дома сидятъ, нечего по столовымъ ошиваться.

— Ты чего? — встрепенулся директор. — Одурел, что ли, совсем?

— Что? - вскочил как со сна райтер. - Я запутался, такъ одурѣть можно?

— Конечно же можно!

— Ну!

— Ах, ты ж…

Как мы и говорили: своим чередом, своим чередом.

sup_lapsha.jpg 95b592c6398a0b0d71f21fd992753b91_makarony_po_flotsky_depositphotos_49105957.jpg

 




Акция 16.11.2020 10:20

В столовой с самого утра все ходят с тугими и драматическими лицами, а напряжение, как кажется, достигло уровня Голанских высот, во всяком случае, Любовь Соломоновна уже смотрит на Ольгу Мухамедовну искристым глазом, но покуда еще терпит. Вообще, все вроде бы терпят, испуская только от времени до времени глухие стоны.

— Да что же это такое, в самом-то деле? — не выдерживает наконец Курятина.

— Сколько? — поворачивается директор к завхозу.

— Две минуты и двенадцать секунд.

— Недурно, в прошлом году было полторы.

— Это, мадам Курятина, день, когда следует терпеть и праздновать таким образом всяческую терпимость, — обращается он к Курятиной. — Генеральной Ассамблеей ООН эта радость нам дана.

И вдруг как будто внезапная догадка заставляет его всплеснуть руками и ахнуть:

— Боже мой! Вы не любите ООН!

— Я Говядина, — на всякий случай врет Курятина. — Нет, отчего же? ООН мы любим, но зачем же, скажите на милость, туалеты закрывать?

— Зачем туалеты? — опять оборачивается директор к завхозу.

— Райтер сказал, что телесное делание должно сопутствовать духовному, а иначе, стало быть, не помню, как там именно, но все уж будет неправильно.

— Вот, — возвращается директор к фальшивой Говядиной, — неправильно. Вы, мадам Говядина, как женщина-негр и прочее должны это, кажется, понимать.

Тут директор, конечно, ошибся, потому что скрывающаяся под личиной Говядины Курятина, кроме того, что является несомненной негрой, имеет между своих предков ямайских рабовладельцев и поэтому убеждена, что не должна понимать почти ничего.

Вообще, с терпимостью в Столовой №100 дела обстоят плоховато. Например, кассиры имеют обыкновение каждое новолуние резать на заднем дворе черного петуха и рисовать какой-то красной дрянью пентаграммы на стенах, а уборщица, вместо того чтобы потерпеть такую культурную самобытность, каждое новолуние орет благим матом. Дошло до того, что в Столовой №100, чуждой, в общем-то, различных астрофизических пристрастий, все точно знают, когда наступает новолуние, а когда народы пользуются старой, глупой луной. Завхоз не может терпеть здоровый образ жизни. Говорит, что от здоровья у него кружится голова и мушки в глазах летают:

— Вот так вот: ширк, ширк.

Администратор практикует какой-то русский извод вуду, который называется вуду-дуду, и директор смотрит сквозь пальцы на зомбирование посудниц, но терпеть не может, когда они пытаются зомбировать его самого. Протоиерей Василий Лимпопов тоже нетерпим к вуду, и, хотя администратор доказывает ему, что вуду-дуду, по мнению московских журналистов, вполне православная практика и как таковая даже одобряется государством, он все равно от страха себя не помнит. А что тому виной — заочное ли обучение в семинарии или пристрастие к голливудскому синематографу — это нам неизвестно. Ну и, конечно, негры во главе с Курятиной требуют свободный доступ к сантехническим благам, о чем мы уже сообщали выше.

Удивительно, но полное согласие царит только между райтером и медным тазом. Удивительно это потому, что создания эти очень разные и как бы обреченные на вечную войну. Райтер соткан из всякой белковой материи, все время чего-то булькает, шмыгает и подтекает. Таз же, напротив, состоит из одной только электро- и водопроводной меди и на все биологические эволюции смотрит свысока. Райтер исповедует ортодоксальное христианство, а таз — атеизм, осложненный верой в дурной глаз и черную кошку. Райтер — махровый белогвардеец, таз же красен, как павианов тыл. Райтер уверен, что всякая благотворительность должна осуществляться собственной волей, собственной рукой из собственного же кармана, таз, однако, чувствует в этом вседозволенность. Перечислять можно долго, однако же за всем тем между ними царит мир и лад. Секрет этого кроется в том, что, с одной стороны, райтер не верит в возможность медных тазов вести сколько-нибудь разумные разговоры, кроме, разве что, всякой оскорбительной ахинеи, а с другой, таз уважает его за то, что он единственный использует его по прямому назначению. То есть варит в нем варенье. Летом — клубничное, а осенью — айвовое. В это время таз затихает, совершенно не гудит и даже в забытьи титулует райтера «благородием»:

— Огоньку бы подбавить, ваше благородие.

И кружит головы запах ароматного варева. Впрочем, может быть, это все только сонное видение. Во всяком случае, тест Тьюринга они в эти моменты заваливают вместе.

А сегодняшний праздник будут отмечать во всех домах терпимости нашего отечества. Наиболее пышные торжества ожидаются в Конституционном Суде и Государственной Думе, но и в Думах помельче, и в судах поплоше тоже не обойдется без «мероприятий». В конце концов, называются же тамошние жильцы «господа», да «ваша честь», и все терпят: и называющие терпят, и так называемые. И мы тоже желаем всем терпения и любви. И паки, и паки, и паки.

Акция: борщ 36 рублей, рис 28 рублей и котлета по-домашнему 55 рублей.Ждём всех своих друзей по адресу: г. Астрахань, ул. Брестская, д. 9а, +79170833300 

whatsapp_image_2019-10-14_at_120503.jpg IMG__20160109__143524.jpg img__20160331__101111.jpg

Яндекс кошелек 




Страницы: 1 [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ] [ 9 ] [ 10 ] [ 11 ] [ 12 ] [ 13 ] [ 14 ] [ 15 ] [ 16 ] [ 17 ] [ 18 ] [ 19 ] [ 20 ] [ 21 ] [ 22 ] [ 23 ] [ 24 ] [ 25 ] [ 26 ] [ 27 ] [ 28 ] [ 29 ] [ 30 ] [ 31 ] [ 32 ] [ 33 ] [ 34 ] [ 35 ] [ 36 ] [ 37 ] [ 38 ]
Адрес:
г. Астрахань ул.Брестская, 9а. 
GPS: N 46°19.48' E 48°1.7',ул. Кирова, д. 40/1,координаты GPS: N46.343317, E48.037566